Дверь кабинета стояла открытой, Кэсси вошла — и резко остановилась у порога. Глазам ее предстало невероятное зрелище. Джоэл сжимал в объятиях Миранду, мать улыбалась сыну, а Нико благодушно созерцал происходящее.

Потрясенная до глубины души, Кэсси застыла на месте. Улыбаясь сквозь слезы, Миранда высвободилась из сыновних объятий и протянула руки к снохе.

— Ох, Кэсси, у меня нет слов! — пролепетала она.

Что здесь делают Миранда и Нико? Кэсси оглянулась на Джоэла, но лицо его оставалось непроницаемым.

— Когда Джоэл позвонил мне вчера ночью, я было подумала, что сплю и вижу сон, — тихо отозвалась Миранда. — Ох, Кэсси, я так счастлива, что просто словами не выразишь! Мы с Нико вылетели первым же рейсом!

— Я… — Итак, вчера Джоэл звонил Миранде?

— Я еще не успел рассказать об этом разговоре Кэсси, — перебил Говард-младший. — Ты меня так разозлила своими исповедями, что я просто не мог оставаться в четырех стенах, — покаянно объяснил он жене. — Я вскочил в машину и часа два просто катался кругами и все думал, думал… перебирал в уме каждое твое слово, И под конец понял, что если не узнаю правды, то непременно сойду с ума. Я притормозил у придорожной гостиницы и позвонил во Флоренцию.

— Я просто ушам своим не поверила, когда зазвонил телефон и я услышала голос Джоэла, — возбужденно воскликнула Миранда. — Он пересказал мне твои слова, Кэсси, и спросил, правда ли это. А я уже давным-давно поняла, что совершила ошибку, пытаясь выгораживать его отца, так что на этот раз я не скрыла ни одной из подробностей.

— А я слушал и верил, — вставил Джоэл. — Наверное, все это время я знал в глубине души, что отцовская версия необъективна, но…

— Но ты не мог простить мне предательства, — тихо докончила Миранда. — Ты думал, я не люблю тебя…

— Я ревновал, — признался Джоэл. — Ревновал при мысли о том, что другой мужчина значит для тебя больше, чем муж и дети; больше, чем я. Эту ревность я пронес сквозь годы; она отравила мое отношение к женщинам. Теперь я это признаю…

— Мне не терпелось увидеть сына, — объясняла Миранда невестке. — Я должна была увидеть его своими глазами и поверить, что это правда… что он наконец-то простил меня!

— Мне нечего прощать, — тихо произнес Джоэл.

Острое чувство одиночества нахлынуло на Кэсси. В счастливом семейном кругу она ощущала себя чужой, посторонней. Ее роль в драме закончилась, пора уходить со сцены. Джоэлу она больше не нужна; после вчерашнего приема финансовая поддержка концерну “Говард Электроникс” обеспечена: все приглашенные магнаты наперебой стремились вложить деньги в его начинания. Ее гневные разоблачения помогли залатать брешь между матерью и сыном; для чего теперь Джоэлу постылая жена? Девушка прогнала удручающие мысли: Нико, с присущей ему щедростью, шумно отстаивал право угостить всех ланчем.

— Повторяю: только за мой счет, но тебе, Джоэл, я, так и быть, позволю выбрать подходящий ресторанчик…

— Здесь неподалеку есть неплохой отель… старинный особнячок в окружении сада… Настоящая сельская идиллия. Позвоню-ка я туда.

Джоэл снял телефонную трубку и заказал столик на четверых. Итак, она, Кэсси, тоже включена в число приглашенных. Молодой женщине отчаянно не хотелось идти: тяжко видеть вокруг себя счастливые лица, когда у самой кошки на душе скребут. Теперь понятно, почему Джоэл был так добр к ней прошлой ночью, и нынче утром тоже. Муж благодарен ей, вот и все. В сапфирово-синем взгляде она читала глубокую признательность — и на сердце становилось еще горше.

Кэсси дождалась, чтобы муж повесил трубку, и небрежно обронила:

— Ты ведь не станешь возражать, Джоэл, если я останусь? Мне хотелось бы поработать: я и так не укладываюсь в сроки. — Молодая женщина отвернулась, и не заметила, как муж нахмурился.

— Но, cara… — взмолилась Миранда, и тут же умолкла: Кэсси лучезарно улыбнулась ей и на одном дыхании выпалила:

— Не надо, прошу вас: это семейный праздник. Я окажусь лишней, а у меня и в самом деле много работы. — Воцарилось гнетущее молчание. В горле у бедняжки пересохло от напряжения.

— Но, Кэсси… — возразил было Джоэл, но тут тихо вступилась Миранда.

— Не настаивай, Джоэл. Если Кэсси не хочет идти, не нужно ее заставлять. Пойдем-ка лучше; разве не видишь — Кэсси не терпится остаться наедине с компьютером! — Миранда мягко, но настойчиво увлекла сына к двери. Кэсси знала: задержись они еще хоть на пару минут, она бы себя выдала, горько разрыдавшись. Тяжко было читать боль в глазах Миранды, и гнев в глазах Джоэла — тоже. Но как усидеть за одним столом с Джоэлом, притворяться счастливой и беспечной, и отлично при этом сознавая, что их семейная жизнь близится к концу?

Едва за ушедшими закрылась дверь, Кэсси поняла, что нужно сделать. Это — единственно возможный, мудрый и разумный выход, и дальше оттягивать невозможно. Поднявшись к себе в спальню, молодая женщина отыскала чемодан и принялась укладывать вещи. Полностью уйдя в работу и в свое горе, она не замечала ничего вокруг. Но вот шумно хлопнула дверь; не вставая с колен, Кэсси подняла взгляд — над ней возвышался Джоэл, пепеля ее взглядом.

— Ну и что ты такое затеяла? — свирепо осведомился он.

— А мне казалось, догадаться несложно, — небрежно отозвалась Кэсси, призывая на помощь все свое самообладание. — Я запаковываю чемодан.