Шрифт:
Она его предала…
Она сама дала капитану в руки оружие против него…
И если завтра сюда явится кто-то из колдунов королевы…
Ему не сбежать. В этом капитан был прав. Дитамар чувствовал, как его тело сковывают ледяные путы силы, стягивают его кольцами, словно огромный удав, не давая даже полноценно дышать. И самым горьким во всём этом было то, что та сила, что удерживала его здесь — это сила воды. Сила той девушки, которая разбила ему сердце.
Видимо у его сердца такая странная судьба. Стоит ему снова появиться, как оно тут же должно умереть.
Пусть так и будет.
Он может освободиться. Есть один способ. Достаточно снова пригласить Зверя в этот мир и отдать ему себя.
Или её…
Эпилог
Лея бежала, и слёзы застилали глаза так, что она почти не видела ступеней.
Она знала, что будет больно, но не знала, что так сильно. Это невыносимое чувство в груди, как будто она рыба, выброшенная на берег, хочет вдохнуть и не можеть, потому что воздух — это яд.
Рут поймала её внизу лестницы.
— Что случилось, миледи? Он вас обидел? — зафаринка обнажила шемшир и посмотрела на вершину холма, но там никого уже не было. — Эм-манафаар! Да я пополам разрублю этого пустынного кота!
А Лея содрала с головы шляпу, отшвырнула её в сторону и, уткнувшись лицом в плечо Рут, беззвучно сотрясалась в рыданиях.
Рут не знает всей правды.
Лея не стала рассказывать о том, кто такой на самом деле милорд Брегат. И об их плане с капитаном Абалейном, о том, как заманить его в ловушку, она тоже не рассказала. А теперь… теперь всё было кончено.
И хотя Лея понимала, что нельзя сожалеть о Звере, но, когда Дитамар просил ему поверить, слишком уж проникновенно звучал его голос, и что-то внутри неё откликалось на этот призыв, что-то более сильное, чем разум, и от этого было ещё больнее. Как будто она только что совершила страшную ошибку, только не могла понять какую. И она задыхалась от отчаяния, которое захлестнуло её холодной волной и тащило теперь в какую-то бездну. Всё померкло и стало бессмысленным. Она шла сюда убеждая себя в том, что это правильно, так почему же сейчас она не чувствует ничего кроме боли?!
Рут пыталась её успокоить, и неумело гладила по плечам одной рукой, не выпуская шемшира из другой. Она никогда ещё не видела хозяйку в столь безутешном горе и лишь озиралась, надеясь увидеть виновника этих рыданий и отрубить ему что-нибудь.
— Эм-манфаар! — пробормотала она тихо. — Идёмте домой, миледи! Идёмте. Коннор сейчас сделает мятного чаю, а я сварю грог. Вам надо поспать. Всё проходит и это тоже пройдёт, так говорят у нас в Зафарине, — она обняла Лею за талию и медленно повела по аллее в сторону дома.
Когда они вышли на дорогу, со стороны порта глухо зазвонил колокол. Его подхватил другой, в центре города и ещё один на сторожевой башне. И вскоре все колокола города на всех Храмах и башнях уже звонили монотонно и гулко.
Рут спрашивала у прохожих, что это означает, но никто не знал. Люди высыпали на улицы, не понимая, что происходит, а Рут лишь торопила Лею скорее попасть домой. Что бы ни означал этот набат, но уж точно ничего хорошего. И лишь когда они уже свернули на Швейную улицу, мимо пронёсся всадник со штандартом Ирдиона на древке и прокричал кому-то в толпе:
— Умер светлейший магистр Ирдионского Ордена!
Рут посмотрела на Лею и пробормотала:
— Хвала Небесному Отцу, что не пожар или чума! А уж высокое место недолго пустым задержится. Какое на дело до храмовников. Идёмте миледи, не стоит оно того.
Они вошли в дом, но Лея даже не успела стянуть перчатки, как раздался настойчивый стук в дверь.
— Кого ещё нелёгкая на ночь глядя? — Рут взяла шемшир и подошла к двери, но открывать не стала, лишь спросила зычным голосом: — Кого носит тут на ночь глядя?!
— Именем Её Величества, открывайте! — раздался мужской голос и в дверь снова ударили, на этот раз сильнее.
— Не буду я никому открывать! — ответила Рут.
— Именем королевы, откройте дверь или мы её сломаем!
— Рут! Открой, — Лея подошла и встала рядом.
В голове крутились сумбурные мысли. Она сразу вспомнила книгу и свои опыты, и то, что случилось только что у Храма. Но в дверь стучали не рыцари Ирдиона, и не Тайная Стража, и что это могло означать она даже предположить не могла. Если только книга… То что она прочла в ней…