Родилась она в семье военных, ведь и мама, и папа служили во флоте. Счастливого детства она не помнила — война с загами все перечеркнула. Воспитанием ее занималась тетя, родная сестра мамы, которая жила на аграрной планете, где и занималась выращиванием садов. С самого детства она была непоседливым ребенком, настоящей егозой, заводилось во всех запрещенных взрослыми играх. А еще она очень любила смотреть на звезды и огонь, а восход местного светила она всегда встречала, глядя на него. Родители ее навещали каждый год, когда однажды вместо них пришел их комендант, дядька преклонного возраста, и сообщил, что ее родители погибли. Это случилось пять лет назад, и с тех пор ее жизнь сильно изменилась, как и она сама.

Она решила пойти по стопам родителей, но служить не на большом корабле, а быть истребителем. Прошла все тесты и поступила в столичное летное училище. В училище обратили внимание, что девушка является хорошим интуитом и предложили ей перейти в разведку, но она отказалась. А вот первые бои у нее не сложились — ей все время казалось, что приказы поступают неправильные и она зачастую делала по-своему. Наказывать ее не стали, так как эффективность ее действий возросла, но командир ее звена постоянно ворчал по этому поводу. Командующий быстро сообразил в чем дело и вывел ее из состава звена в одиночное пилотирование. Ей ставилась задача, а она выполняла его по своему усмотрению. За ее стиль пилотирования ее прозвали Сэтка в честь небольшой птички, поймать которую крайне трудно. И на следующий день на ее истребителе красовался соответствующий рисунок. Заги, увидев ее, всеми силами старались уничтожить, но каждый раз оставались ни с чем — верткая Сэтка избегала всех их ловушек и возвращалась на носитель.

В тот раз они прикрывали эвакуацию людей с планеты Круизана. Заги вторглись на их территорию огромным флотом и отбросить их обратно не хватало сил, поэтому люди начали поспешную эвакуацию, но с одном планеты не успели. Против десяти кораблей охраны из гипера вышло пятнадцать кораблей загов, включая один огромный авианосец. Араили получила задание воевать не против истребителей загов, а всеми силами мешать их кораблям, отвлекая огонь на себя. С задачей она справилась на отлично. Нет, кораблей она не сбила, зато уничтожила почти все дальнобойные орудия у двух крейсеров, после чего истребители загов устроили за ней персональную охоту. И в какой-то момент ее все-таки зажали и подбили. Девушка так и не узнала, что благодаря этой ее выходке эвакуция прошла успешно.

В себя пришла она уже в камере. Значит, защита успела сработать и кабина истребителя преобразовалась в спасательную капсулу. Вот только пододрали ее враги, а для чего она не знала, ведь им говорили, что заги пленных не берут. Дни тянулись мучительно долго, кормили ее раз в день какой-то бурдой. Все это продолжалось двадцать дней, пока в камеру не пришел один заг в странной одежде, от которого на нее нахлынула такая волна мерзости, что ей захотелось оказать от него как можно дальше. Он не стал ей ничего говорить, но она ощутила псионный удар, потом что-то сжало ее виски, а в конце он достал какой-то прибор и направил на нее. От его воздействия Араили потеряла сознание.

Во второй раз она очнулась уже в этом помещении, прикованной цепью к стене. Сначала она находилась здесь одна, но вскоре заги начали приводить детей. Дети были всех рас, населявших их галактику. А сейчас она всем своим естеством чувствовала, что должно произойти что-то ужасное. В помещение вошли пять загов в набедренных повязках и девушка поняла — вот оно. Она попыталась отползти подальше, но какая-то сила сжала ее, не давая даже пошевелиться. С нее сняли цепи, а заодно одежду, и она в ужасе подумала, что ее сейчас лишать чести, но опасения в отношении этого оказались напрасны — та же сила, что сжимала ее, подняла и перенесла на середину комнаты и исчезла. Араили приготовилась уйти от этого жуткого места, возникшее поле охватило ее и заставило замереть. А в следующее мгновение она почувствовала, как какая-то липкая, чуждая миру лапа коснулась ее и начала что-то из нее вытаскивать.

Нахлынувшая боль, казалось, терзала всю ее сущность, с каждой минутой она все слабела и слабела. Но ее упрямство не давало ей закричать — почему-то она была уверена, что так и должно быть. Несмотря на ужасную боль, сознание она не теряла, но уже видела перед собой все, как в тумане. Краем глаза она заметила какое-то шевеление, а краем сознания поняла, что в помещении произошли изменения. Вдруг она почувствовала, что поле, удерживающее ее исчезло, и она стала падать, но чьи-то руки подхватили ее. Повернуть голову не хватало сил, поэтому она скосила глаза, чтобы увидеть своего спасителя. Именно спасителя, так как почувствовала, что ее пленению пришел конец. Но увидела только черный матовый шлем. Человек отнес ее и положил рядом с детьми, а сам выхватил клинки, горящие серно-белым пламенем с проблесками алого, и метнулся к открывающейся двери. Догадка молнией пронзила ее сознание — это же тот самый ортан, уничтоживший в одиночку диверсантов загов. Но как он остался жив в эпицентре адиревого взрыва?

Ее спаситель ушел добивать врагов — она была абсолютно в этом уверена. Силы чуть вернулись к ней и она смогла пошевелиться. Вдруг в помещение вошли странные дроиды. Нет, не дроиды, они больше походили на огромных насекомых. Один почти обыкновенный паук, второй же непонятно кто, вроде и на паука чем-то похож, круг сверху придавал тому вид чего-то совсем нереального. Они взгромоздили на себя по ребенку и быстро скрылись в проеме. Когда они вернулись в следующий раз, то девушка смогла поднять руку и показала на самых маленьких. Ее поняли правильно и первым делом забрали малышей. В конце за ней прибежал паук, присел рядом и начал подталкивать на себя. Девушка забралась на него, и напряжение, державшее ее последнее время, ушло и она провалилась в беспамятство.

Первое Гнездо Первого Болота, кабинет Верховного Надзирателя

В кресле Верховного Надзирателя сидел Высший, прибывший для расследования и наказания вплоть до уничтожения всего выводка. Он обводил тяжелым взглядом присутствующих, отмечая про себя, что у всех даже лица стали салатовыми. Нет, не у всех — Верховный Надзиратель сидел со спокойным выражением, и оно было не напускное, он чувствовал, что тот и внутренне спокоен. Так и должно быть, ведь ему до Высшего осталось немного.

— Кто мне объяснит, как вы смогли потерять корабль-жертвенник? — раздался тихий шипящий голос Высшего.