– Слава Богу, все думают, что это был природный катаклизм, пробормотал Мэнсон.
– Я бы оплачивал убытки на сумму больше государственного долга.

Я кивнул и продолжал обвиняюще смотреть на него.

– Ну, Граут, - молвил он, неловко вздыхая, - наверное, я займусь огородом.

– Спасибо, - ответил я и был при этом искренен.

– Но...

– Никаких "но"!
– поспешно сказал я.
– Забудь о науке на время... навсегда. Я объясню, что произошло, но не желаю больше слышать, как ты даже упоминаешь это слово. Ты - разрушитель мира, ты...

Он кивнул и заискивающе улыбнулся.

– Все получилось просто и удачно, - продолжил я, взяв себя в руки. Молния сделала то, что я сам собирался сделать. Разряд молнии может иметь напряжение до двухсот тысяч вольт и заряд больше тридцати кулонов. Этот разряд был особенно сильным, он-то все и сделал. Ты знаешь, как физики расщепляют атом? Молекулярная энергия рассеялась в волне почти вулканического жара, накрывшей нас после удара грома. Эту волну и называют ураганом.

Ларри снова кивнул и проводил меня до машины. Он преданно пожал мне руку и сказал что-то насчет проверки завтра утром. Я уселся за руль и поехал по дороге. Но, должно быть, жара повредила покрышки, потому что случайно перед тем самым киоском с гамбургерами, где я останавливался на пути к Мэнсону, у меня лопнула шина.

Нетерпеливо бродя там в ожидании конца ремонта, я увидел Джейбса Джексона, дождетворца, который спустился со своего крыльца и подошел ко мне с хитрым видом.

Моим первым импульсом было убежать, потом я решил с ним помириться.

– Привет!
– прокудахтал старик.
– Здорово, док. Слыхал, как ты тут за падающими звездами охотился при сильном ветре.

– Уж не хотите ли вы заявить, что это ваших рук дело, - сказал я.

Он лукаво посмотрел на меня.

– Нет, док, - ответил старик, протягивая руку.
– Только дождь, это вот моя работа.

Я молча отдал ему деньги - из благодарности то ли к нему, то ли к Провидению. Сам точно не знаю, к кому.