Несмотря на поздний час, встречались прохожие, говорящие на чистом русском. Не сразу понял, что это не они такие полиглоты, а я понимаю их благодаря навыку Лингвистики. Заодно достал зеркало и осмотрел себя. Плащ из широкого и просторного преобразился в зауженный, со множеством пуговиц. Видно, как раз по последней нынешней моде. Штаны стали коричневыми твидовыми брюками с едва заметными полосками. А сапоги превратились в ботинки с перфорацией вокруг носа. Жалко, для обывателей лицо осталось то же, прежнее, лопоухое. Хотя как раз с таким, может, за своего и сойду.

– Сергей… – нетерпеливо сказала Рис.

– Бегу, – я вдруг обнаружил, что троица оторвалась метров на двадцать. И это с хромающим Кафом!

Мы прошли по узкой улочке мимо то ли сада, то ли парка – из-за темноты не разобрать, – и перед нами неожиданно вырос Букингемский дворец. Что это именно он, я понял сразу – видел по телевизору. Его величие, которое проступало даже сквозь мглу ночи, прибило меня окончательно. Я старался не смотреть на могучее здание, длинное ограждение, разграниченное воротами, охрану.

А вот Рис по-свойски, точно обитала здесь несколько лет, подошла к стоявшему в сторонке человеку и перебросилась с ним парой фраз. Я думал разглядеть, что это за перец, однако Проницательность мне не сильно помогла.

– Пойдемте. Только от меня ни на шаг. Увидит вас кто во дворце – вход на эту летную площадку будет заказан. Ясно?

Пришлось покивать головой в знак согласия. Я же оглядывал ближайшие ворота. Что, нам прям вот так возьмут и откроют их, чтобы ночные гости прошли на летную площадку? Но все оказалось гораздо проще. Прислужник поднял руку, и вокруг нас образовался прозрачный купол. Я его буквально чувствовал кожей, но не видел. Ошарашенно вертел головой, пока Лиций, стоящий рядом, не пояснил шепотом:

– Заклинание массового исчезновения. Против Игроков бесполезно, а вот обыватели нас теперь не видят.

Прислужник махнул рукой, только теперь безо всякой магии, призывая следовать за ним, и шагнул прямо через… прутья. Но еще больше я удивился, когда сначала Рис сделала то же самое, а потом и наш хромой Каф. Зверолюд крепко схватил меня за руку и потащил вперед.

– На самом деле этих прутьев нет. Здесь поработал очень сильный мастер Иллюзий. Случайный обыватель сюда даже не сунется – место зачаровано. Максимум пройдет мимо.

– Не отставайте, пожалуйста, – сказал Прислужник и пошел по направлению к небольшой башне с часами.

Он проследовал сквозь дорическую арку и помахал нам рукой, мол, быстрее. И это сколько мы так плутать будем?

Однако мои подозрения оказались напрасными. Потому что мы пришли. Прислужник жестом пригласил нас внутрь конюшни, которую я уже определил по запаху, но сам он заходить не стал, вернувшись на свой пост.

Что сказать, здесь все было по-королевски. Высокие белые столбы подпирали крышу, с потолка свисали золотые, обнесенные со всех сторон стеклом светильники, у дальнего конца виднелись переговаривающиеся Игроки в чем-то, напоминающем ливреи. А в стойлах посапывали то ли драконы, то ли выросшие на комбикорме ящерицы с крыльями.

– Это что? – дрожащей рукой указал я на ближайшего.

– Порты, – даже слегка равнодушно ответила Рис.

– Чего желаете? – подошел один из Игроков в ливрее. Распорядитель полетов, подсказывала Проницательность.

– Нам нужно быстро попасть в Лютум, – сказала девушка.

– Выберете небольших ездовых портов? Для них нужен залог, но они довольно прыткие.

– У одного нашего друга нет умения Наездничества, – обернулась ко мне Рис, – поэтому нам нужен каретный порт на четверых. С погонщиком.

– Что ж, выйдет немного дороже, двадцать восемь грамм, но мы все сделаем. Минут пятнадцать придется подождать, мы сейчас разбудим большого порта и запряжем его в карету.

– По рукам. Сереж, дай денег.

Я в прострации протянул пыль, а Распорядитель махнул рукой в сторону огромного, как мне показалось, валуна. Подбежавшие погонщики крайне неаккуратно стали расталкивать этот кусок горы, и мне поплохело. Потому что он зашевелился и открыл глаза с вертикальными зрачками. И тут я понял, что мне очень страшно. Так не дрожали колени во время нападения рахнаидов, битвы с Доминантом и атаки Темнейшего. Там мне хоть как-то можно было контролировать ситуацию. А тут… Я повернулся к своим и чуть дрогнувшим голосом произнес:

– Ребята, делайте со мной что хотите, но я на этом не полечу.

Есть простая мудрость, о которой мы не задумываемся: хочешь сделать человеку хорошо – сделай ему плохо, а потом верни как было. О ней я вспомнил, когда меня в буквальном смысле затаскивали в карету, прикрепленную ремнями к спине порта. Да и как карету – деревянный застекленный ящик, видавший как минимум бабушку нынешней английской королевы.

Еще двадцать минут назад, когда я думал, что план так себе, нанятый архалус не внушает доверия, а вся затея приведет лишь к истончению кошелька, все было в высшей степени отлично. Поэтому я больше всего хотел обратно, на землю, чтобы все стало как раньше.