– Ты что, совсем не в себе? – куда живее возмутился следопыт, его голос утратил звучность торжественной трубы. – Застрелим ведь!

– Я все ж полагаю, вы дурни, но не распоследние трусы, – обстоятельно начал новую речь гном, мерно вышагивая по тропке. – Из засады посла бить – дело гнусное. Надобно расспросить сперва. Ну, вылезайте уже, белки вы крикливые!

Лес возмущенно вздохнул коротким порывом ветерка. Гном усмехнулся. Значит, в пограничной заставе и маг имеется. Плохо. От начала времен у вечных в роду – наикрепчайшие заклинатели. Ветер набрал силу и уперся в грудь широкой ладонью, разросся до размеров щита, норовя силой остановить продвижение рыжего подгорника. Гном остановился сам, ниже опустил голову и рявкнул диким знахарским басом так, что сама хвоя вздрогнула в ужасе и встала дыбом! Лес замер, колдовской ветер испуганно стих.

– Я все равно упрямее вас, – уверенно сообщил гном. – Выходите.

Ближние заросли орешника вроде бы и не качнули ветвями, но на их фоне возник бледный от гнева – он и сам надеялся, что пришелец поверит, именно от гнева, а не от страха – эльф. Стройный, гибкий, с длинными пушистыми волосами, похожими мягкостью и тоном на одуванчиковый пух. Глаза ясно-серые, самый частый в их роду цвет, – прикинул гном, облегченно выдыхая сквозь зубы. Все же первый бой за ним! Выволок следопыта из лесу, переупрямил и поставил перед собой. Как равного.

– Пади на колени, презренный, перед величием… – начал эльф снова.

– Ты что, король и есть? – с нехорошим подозрением уточнил гном.

– Нет, – опешил светловолосый.

– Вот и я о том. Перед величеством – может и задумаюсь о соблюдении чужого этикета. А тебя точно не обрадую эдаким зрелищем, уж извини.

– Ничтожность твоей короткой жизни… – эльф начал новую заученную фразу.

– Погоди. Давай я ситуацию по-простому обскажу, – прервал его Рртых. – И вот она какая. Секиру я достану быстрее, чем умру от стрелы. Посему остаток вечности лично ты будешь коротать с гномьей сталью в переносице. Ох и довел ты своим гудением, ну нету мочи! Захлопни рот и пошли уже. Веди к королю.

– Нельзя так, – обречено вымолвил эльф. – Мы пускаем в край Лирро только тех, кто заранее уведомил о визите.

– Ага. Я пробовал уведомить. Вы же никого не слушаете, – рыкнул Рртых, начиная всерьез злиться.

Светловолосый окончательно запутался и с отчаянием глянул в зелень орешника. Тишина… Он провел рукой по волосам, вздохнул, выдумывая новый вопрос для рыжего упрямца и стараясь потянуть время. Надо дать магу возможность связаться со столицей. Или что он вообще сейчас делает? Ведь не отзывается… Эльф уже злился не меньше, чем гном.

– Вечный король Лиррэль-а-Тэи не желают принимать никого, – прогудел едва ощутимым пчелиным полетом голос из ниоткуда.

Следопыт облегченно кивнул. Гном нехорошо прищурился. Орешник промолчал, но маг наверняка уже готовил новое заклятие… «Плохо дело», – хмуро прикинул Рртых.

И тут следопыт отчетливо вздрогнул. Еще бы: на тропе возник, соткался из полуденного марева жары, рослый широкоплечий родич! Именно возник. Хотя перед следопытом эльфов нельзя возникнуть внезапно – на то он и следопыт, он в лесу – дома… Пронзительно-зеленые глаза прибывшего насмешливо сощурились, не пряча улыбку. Впрочем, эльф слишком мало интересовал нового участника неласковой пограничной встречи. Прибывший удостоил светловолосого сородича одним коротким взглядом и побежал к гному, на ходу раскрывая объятия.

– Рртых, – выдохнул он совершенно счастливым голосом. – Живой настоящий рыжий упрямец! Идеальный пятифутовый гном, чтоб мне заново словить кулаком в ухо… Как вас создают, косматая борода? Ни в единой черточке нет отличия. Я надеяться не смел, что увижу тебя вновь. То есть извини, ты – не он… Но все же ты Гррхон, вот в чем нет сомнения. – Зеленоглазый поклонился и с веселой заинтересованностью уточнил: – Ваше величество – или пока еще…

– Высочество, – кивнул гном. Успокоено вздохнул, вглядываясь в лицо и стать собеседника, в необычно массивного для эльфа. – А ведь ты тот самый…

– Молчи, – решительно перебил рослый эльф. – Меня все в долине зовут Рир. Тот – не тот, уже не важно. И вообще, что за глупая манера: болтать без умолку посреди леса? Пошли, у нас с Жасом есть отличное пиво. Эти, – Рир неопределенно махнул рукой в сторону орешника, – молодые, пить не умеют, настоящего вкуса в напитках не смыслят.

– Нельзя… – в отчаянии начал светловолосый следопыт.

– А ты со мной повоюй, – подмигнул ему зеленоглазый. – С нами двоими, если уж точнее. Скоро Жас прибежит, ты и его учти третьим, малыш Оль.

– Но несравненный король будет в гневе, – прошептал следопыт.

– Ему не привыкать, – кивнул зеленоглазый. – Я его главная проблема, знаю. Пусть гневается, ты сразу так и скажи: Рир во всем виноват. Будет просто, этому вы быстро научились: на других кивать.

Светловолосый Оль смутился и сгинул в орешнике. Гном победно поправил так и не расчехленную секиру. Теперь он попадет в столицу и посетит короля, нет сомнений. Потому что, судя по описанию из семейных хроник, рядом идет тот самый эльф, памятный по делам давней войны. И, как бы он себя теперь ни называл, он – хран королевы Тиэсы. А еще друг первого Рртыха и вообще, толковый эльф, достойный даже – без всяких скидок – зваться гномом. Верный, надежный, основательный. Умеющий ковать оружие и беречь мир. Ключник – так его назвали, когда душа королевы запечатала зло. А он – закрыл крышку ларца.