– Сделаю. А нахрена спросить можно?

– Несколько причин – ответил я – Главная – пусть все думают, что босс это ты.

– До тех пор, пока не придет время по щелчку шустро убраться тебе за спину?

– Понятливый. Есть с этим проблемы?

– Не – Рэк пренебрежительно выпятил нижнюю губу – Никаких проблем.

– Вот и чудно. Баск. Помни свою роль.

– Ага. Слепой, скромный, боязливый хлюпик.

– Точно. Держись за юбку Йорки, улыбайся чаще, демонстративно щупай рукой. Но не переигрывай – чужие женские прелести щупать не стоит! Как и мужские…

– Ага…

– Во-во – добавила Йорка.

– Понял, командир – кивнул зомби – Лишнее не щупать. Изображать беспомощность. Хотя… тут для меня все новое… можно сказать, что я снова ослеп.

– Врубай голову и начинай запоминать. Йорка поможет с описанием местности и номерами. И не считай себя беспомощным, Баск. Слепой способный качественно и быстро грохнуть зрячего беспомощным считаться не может.

– Спасибо!

– Йорка.

– М? Мне кого играть?

– Просто будь собой.

Пристально глядя на старающегося скрыть улыбку зомби Баска, девушка медленно кивнула:

– Хорошо.

– Роспись на руке не свети, бинты не снимай.

– Помню.

Оглядев пришедшую в себя и чуть просохшую от пота группу, осмотрел и себя. Выглядим потрепанно – даже Рэк. У нас потрясающее умение быстро изнашивать новую одежду, приводя ее в ужасное состояние за считанные часы. Два гоблина, орк и зомби. Интересный состав. Многообещающий состав.

– Двинулись! Рэк. Иди впереди, двигайся вдоль стенки. Дальше сам знаешь.

– Ща…

Я представляю, насколько сейчас ему тяжело. И не могу не отметить его невероятную несгибаемую упертость. Шатаясь, он добрался до стены и, изредка придерживаясь ее, тяжело и неспешно зашагал, чуть наклонившись вперед. Скрывающие лицо черные патла, мощный торс, футболка частично скрывает чересчур тонкие руки, а широкие штанины серых брюк ноги. Следом идет Йорка, за ней мелко семенит Баск. А я замыкаю шествие, держась на пару шагов позади. Неопытный наблюдатель сочтет меня гоблином-одиночкой.

Мимо стоящей в проходе боевой группы прошли спокойно. Но внимательные взгляды я заметил. Как и то, что львиная их доля была обращена на мрачного высоченного орка. Никто не задал ни единого вопроса. А я так и не понял зачем они стоят на входе в Дренажтаун. Я не забыл отметить болтающиеся на их шеях полумаски, а на головах или шлемах защитные очки. Ну и вооружение – на семерых три игстрела, семь шипастых дубин, пара щитов. Интересная обувь – тяжелые ботинки снабжены шипастыми стальными носками, верх и бока обуви прикрывает частая металлическая сетка.

Еще через десяток шагов зафыркала Йорка. В воздухе появился запах. Нет. Даже не запах, а пока что едва уловимый намек на нечто куда более серьезное. Нечто тяжелое и гнилостное. Орк тяжело пришлепнул пятерню к стене, накрыв ею улыбку веселого парня со всколоченными волосами, держащего в пальцах длинную пробирку с чем-то бурым. За его спиной девушка с фигурой, которую коротенький халатик не в силах скрыть. Раскрыв испуганно алый ротик, она поджала одну ножку и испуганно смотрит на зеленую лужу на полу. И надпись внизу ушибленной орком картины: «Мы очищаем!».

Ну да… запах все тяжелее. Можно не уточнять, что за бурая субстанция в пробирке веселого парня.

Дренажтаун – сюда стекается все дерьмо мира.

Кстати, об этом… о стоке…

Я задрал голову и следующие пятьдесят шагов проделал, изучая потолок. Потолок изогнулся и поднялся, исполинским куполом уходя ввысь. Синяя краска исчезла, сменившись привычным серебром потускневшей стали и трубами. Увидеть можно было только часть купола – большую его часть скрывали трубы.

Трубы, трубы, трубы, трубы… много, очень много разных труб выходило из потолка и тянулось вниз. Там наверху целый лес из горизонтальных, наклонных, вертикальных и причудливо изогнутых и переплетенных труб. Настоящий лабиринт с десятками светящихся точек. Часть точек медленно или быстро движется – в стороны, вверх, вниз. А вон две мелкие грозди огней стремительно проваливаются вниз. И вряд ли я ошибусь, если предположу, что это два больших лифта. Лифты мчались вдоль скудно освещенной изогнутой стены и мне понадобилось несколько секунд на осознание простого факта – это не стена. Это бок толстенной трубы, достигающей в диаметре метров двадцать. Стальная обшивка покрыта следами многочисленных протечек. Именно в этой части стального трубного леса наиболее часто мерцают огоньки далекой сварки. Что за отважные бедолаги покачиваются на мокрых веревках над Дренажтауном? И чем они там дышат? Даже отсюда я отчетливо вижу среди труб серо-белую клубящуюся тушу громадной облачной туши, с постоянством автомата изливающую вниз частую мелкую морось. Вряд ли этот дождик обладает целебными молодящими свойствами… от его капель не задымится ли кожа гоблинов?

И снова я вспомнил рассказ убитого старого орка: «Синий дождь с силой хлещет по опускающемуся дрону, дымится мокрая бетонка…». Здесь дождь вроде не синий. И на бетонку ни намека. Сплошная сталь вокруг. Старый орк еще говорил про умные зонты, напичканные датчиками. Теперь понятно почему вспомнил его рассказ – сработала какая-то ассоциация. Ведь мы как раз проходим мимо неприметных синих торгспотов снабженных рисунком прозрачного длинного плаща с большим капюшоном. Дождевики.

– Притормозим – скомандовал я.