— По меньшей мере пинты три, милорд. И я понимаю, куда вы клоните. Разрази меня гром, если он не выходил время от времени по надобности.

— Он делал это после ухода мистера Афтона?

Немного подумав, свидетели утвердительно кивнули.

— И никто не мог видеть его?

— О да, милорд, — сказал один из карточных игроков. — В таверне миссис Уилкинз нет отхожего места.

Родгар повернулся к Стринглу, сдерживая удовлетворенную улыбку.

— Вы возражаете против этого, сэр?

— Нет, милорд, — сказал торговец с завидной выдержкой. — Я выходил наружу облегчиться пару раз, но в конюшне не был.

— Но при этом вас никто не мог видеть.

— Я порядочный человек, милорд, — сказал Стрингл, глядя маркизу в глаза.

Родгар с сомнением приподнял бровь и обратился к судьям:

— Господа, я отдаю на ваш суд вероятность разговора мистера Стрингла с мистером Афтоном в конюшне.

— Однако Джорджи Афтона застали с чужой лошадью, милорд, — возразил сэр Хэдли.

— Думаю, именно этого и добивался мистер Стрингл. К тому же оказалось, что он так и не продал ее.

Сэр Хэдли раздосадованно откинулся на спинку скамьи.

— Если Джорджи Афтон не виновен, значит, Стрингл клятвопреступник, и я приговорю его к повешению за это!

— Я не говорил ничего, кроме правды, — заявил Стрингл, но Родгар заметил в глазах торговца одновременно и злость, и страх.

— Может быть, — предположил маркиз, — все это просто недоразумение, мистер Стрингл. Вероятно, мистер Аф-тон не правильно понял вас относительно доставки лошади?

— Не могу припомнить, милорд, — сказал Стрингл, а затем добавил:

— Вполне возможно. Эти три пинты эля были не единственными.

Сэр Хэдли пристально посмотрел на него:

— Тогда я вынесу решение выпороть вас за непотребное пьянство!

Родгар решил воспользоваться всей своей властью.

— По-моему, разумнее отпустить его, сэр Хэдли, как вы считаете?

После некоторого колебания сэр Хэдли ударил молотком по столу.

— Невиновен! Следующий!

Родгар принял рукопожатие сэра Джорджа-старшего, а затем оставил его с сыном. Увидев, что бывший обвинитель поспешно пробирается сквозь враждебно настроенную толпу, маркиз решил перехватить его:

— Мистер Стрингл!

Торговец лошадьми повернулся к нему:

— Вы спасли от наказания вашего юного друга. Чего вам теперь надо от меня?

Родгар взял его за руку.

— Я просто хочу проводить вас для вашей же безопасности.

Мрачная толпа нехотя расступилась.

Стрингл, ощетинившись, направился к выходу.

— Что теперь, милорд? — угрюмо спросил он, когда они вышли из гостиницы.

Родгар отпустил его руку.

— Я только что спас вас от виселицы.

Торговец молчал.

— Мне известно, на кого вы работаете, и, по-моему, это весьма непатриотично с вашей стороны. У меня есть все основания считать, что этот заговор главным образом направлен против меня.

Стрингл вздрогнул, но продолжал молчать. Да, держался он достойно. Родгар не стал бы вербовать его, если бы тот выдал своего хозяина.

— Вы могли бы быть полезны мне, мистер Стрингл. В Лондоне есть женщина, живущая при дворе королевы. Это графиня Аррадейл. Я крайне заинтересован в том, чтобы никто не смел причинить ей вред или даже беспокойство.

— Что могу я сделать для леди, находящейся при дворе, милорд? — искренне удивился Стрингл.

— Пока ничего. Но если вы отправитесь в Лондон и будете находиться в распоряжении джентльмена, который нанял вас, у вас появятся определенные возможности.

— Я сельский торговец лошадьми, милорд. Что мне делать в Лондоне?

— Оказывать мне кое-какие услуги.

Торговец слегка побледнел.

— А если я сбегу?

— Так или иначе я найду вас.

Стрингл недовольно посмотрел на маркиза.

— Стало быть, я должен слоняться у дома некоего человека в Лондоне, чтобы сообщить вам, если замечу нечто подозрительное. Так? А когда я освобожусь? Я торгую лошадьми, милорд, сами знаете.

— Пока для вас разумнее выполнять мои поручения. Как только леди Аррадейл вернется на север в свое графство, вы сможете покинуть Лондон. А если вы услышите что-нибудь о ней, сообщите мне об этом в Маллорен-Хаус. Меня очень интересуют также действия француза по имени де Кориак. Я хорошо заплачу вам и не причиню никакого вреда, если вы будете верно служить мне. — Родгар не упомянул о том, что будет в противном случае, но это было ясно и без его слов.