— Вам требуется время на сборы? — осведомился у подзащитного лорд Мерос.

— Пара минут, — не скрывая грусти, ответил лорд Нкер.

— Офицер Найтес, окажите содействие! — отдал приказ Шейдер Мерос.

И мы с ним остались одни. Как-то само так получилось, что я отошла подальше и вообще отгородилась от лорда наковальней. А потом стала заинтересованно разглядывать находящиеся на стеллаже у стены изделия кузнеца. Должна признать, рука артефактора была заметна сразу — очень качественная ковка, внимание к деталям, великолепно сделанная работа. Особенно понравилось несколько браслетов, сделанных хоть и из железа, но изумительно красивых.

— Любишь украшения? — Лорд Мерос неожиданно оказался рядом.

Как я его приближение не заметила — ума не приложу, но не заметила.

— Нет, не люблю, — ответила я и попыталась обойти лорда.

Но, несмотря на то что ко мне не прикоснулись и пальцем, дорогу преградили так, что уйти возможности не было.

— Дэя! — Смотрела я исключительно под ноги и лица лорда Мероса не видела, но, судя по срывающемуся голосу, эмоций глава патруля Ночной стражи не сдерживал. — Кто он?!

Продолжаю молчать и осторожно отступаю к стене.

— Тьер? — взревел лорд Шейдер. — Да?!

И где этого Юрао носит? Я тут совершенно не намерена делиться подробностями личной жизни.

— Дэя! — На меня фактически заорали. — Ты просто не можешь ему отказать, да?

Вот после этого я вскинула голову и посмотрела на лорда Мероса. Под моим спокойным взглядом его ярость исчезла, словно смытая проливным дождем.

И вот тогда я предельно честно ответила:

— Предложение действительно было несколько неожиданным, но свое согласие я дала осознанно и не жалею об этом. Надеюсь, я удовлетворила ваше любопытство, более обсуждать данную тему я не намерена.

Шейдер несколько долгих мгновений смотрел на меня, затем развернулся, отошел к наковальне… В следующее мгновение стальная конструкция была расколота ударом его руки, и, когда лорд, уже не сдерживая свою ярость, обернулся ко мне, я подумала, что защита, наложенная магистром, — это очень и очень хорошо. Однако лорд Мерос свой всплеск эмоций подавил, затем я услышала его глухое:

— Когда-то у меня была невеста. Я любил ее… я так сильно ее любил, Дэя… Мы готовились к свадьбе в моем родовом имении… Собирались приглашенные гости, съезжались со всех концов Темной империи… Семья Тьер прибыла одной из последних, накануне свадьбы… — Судорожный вздох. — Как гостеприимный хозяин, я встретил гостей и представил их своей драгоценной невесте… Знаешь, что было дальше?

— Нет, — тихо ответила я.

Шейдер отвернулся от меня, подошел к столу, навалился на него, упираясь руками, и, опустив голову, все так же глухо продолжил:

— Лаллиэ улыбалась… У нее была такая красивая улыбка, завораживающая просто. И вот она стоит и улыбается, а в зал входят старый лорд Тьер, его супруга, обе дочери и следом ублюдочный Риан… И улыбка моей Лаллиэ меркнет, лицо бледнеет, и я увидел, как она пожирает глазами этого Бессмертного — и понимаю, что проиграл!

По спине лорда словно судорога прошла, и рассказ продолжился:

— А он ее даже не заметил. Скользнул равнодушным взглядом и отошел к друзьям по университету. Не знаю, что взбесило больше — тот факт, что она полюбила его, едва увидев, или то, что Тьер не оценил ту, что для меня затмевала солнце… Ночью, той же ночью, Лаллиэ вошла в его спальню… Я знал об этом, знал и ничего не сделал, чтобы ее остановить… Это сделал Тьер. Молча и непреклонно выставив мою рыдающую невесту из спальни… Знаешь, тогда я обрадовался, утешал ее, успокаивал. Я говорил, что простил ее, что люблю, что моей любви хватит на нас двоих… Я так надеялся, что помутнение пройдет… Не прошло. Лаллиэ не слышала меня, она больше ничего не хотела слышать… Помолвка была расторгнута, свадьба отменена… Она уехала, я остался один под жалостливыми взглядами разъезжающихся гостей!

Столько отчаяния в словах, а затем послышалась злость:

— Лаллиэ вернулась в столицу! Знаешь зачем? — Мерос повернулся и теперь в упор смотрел на меня. — Чтобы бегать за ним! За блистательным Тьером! Племянником самого императора! Она забыла все: гордость, честь, себя — и влилась в толпу почитательниц Тьера! Знаешь, сколько их было — безнадежно влюбленных в этого ублюдка?! Сотни! Знаешь, как он к ним относился? Лорду Ублюдку оказалось плевать! Они были готовы умирать за него, а он… Тьер их просто не замечал!

Мне почему-то крайне неприятно оказалось не вышеизложенное, а то, что Мерос оскорблял магистра. Действительно неприятно, и я тихо попросила:

— Без оскорблений, пожалуйста.

Лорд Мерос усмехнулся и продолжил:

— Она пришла ко мне ночью, бледная, исхудавшая и отчаявшаяся. А я любил ее и не смог отказать… Связующее проклятие казалось нам идеальным решением, она получила бы Тьера, а я… я был бы счастлив уже от того, что она больше не страдает… И знаешь, что самое обидное, Дэя?