Шрифт:
И когда лицо магистра оказалось так близко, и когда его рука скользнула в мои волосы, и когда твердые губы властно накрыли поцелуем, я лишь закрыла глаза, абсолютно и полностью доверяясь темному лорду…
Один поцелуй может быть разным - нежным медленным и чувственным, властным, стремительным и обжигающим, состоящим из сотен быстрых поцелуев, и почти непрерывным, затягивающим как самый глубокий из омутов… Поцелуй может быть ласковым, бережным и осторожным, а может стать глубоким, всепоглощающим и сводящим с ума… Поцелуй, который завоевывает душу, отнимает сердце, лишает остатков самообладания…
Поцелуй, пробуждающий что-то спрятанное, скрытое, потаенное, то, что было под запретом воспитания, традиций и даже морали, привитой мне с детства… Поцелуй, так стремительно меняющий меня, и все вокруг меня…
И когда в стеклянной комнате, через стены которой так отчетливо был виден сияющий в ночи императорский дворец, лорд Риан Тьер остановился, тяжело дыша и не отрывая от меня внимательного взгляда черных как само Темное Искусство глаз, я вдруг поняла, что ощущаю все… иначе. Грубоватую ткань платья на раскрасневшейся коже, тепло его руки, обвивающей талию, властное прикосновение второй, осторожно сжимающей волосы, жар его дыхания… я чувствовала все это так отчетливо, словно лишившись слуха и зрения, пытаюсь ощутить мир по-новому. И я его действительно - чувствовала.
– Еще?
– ласково-ироничный вопрос.
– Мне страшно, - глядя в его мерцающие глаза, призналась я.
Нежная, и в то же время такая довольная улыбка, и многозначительное:
– Я с тобой.
Но я выдохнула:
– Не надо.
Улыбка стала шире. Значительно. А судя по взгляду, Риан отчетливо понимал, что я чувствую. Понимал, знал, видимо этого и добивался.
– Как скажешь, - отпустил мои волосы, взял ладошку, поднес к губам, не отрывая взгляда от моих глаз, осторожно поцеловал…
А я не могла понять что со мной… Нет, теоретически я понимала, но как самой себе объяснить, что легкое прикосновение губами к вмиг похолодевшим пальцам, может все нарастающим теплом отзываться где-то глубоко внутри? А внимательно отслеживающий малейшую мою реакцию магистр, осторожно перевернул ладонь, и уже совсем иначе, чувственно прикоснулся к тыльной ее стороне…
Стеклянную комнату городского дома лорда Риана Тьера огласил стон. И я даже не сразу поняла, что этот стон принадлежал мне… А вот когда сообразила:
– Ма… ма… магистр!
– я стремительно вскочила, стул с грохотом повалился на ковер.
– Что?
– весело поинтересовался Риан, сознательно не отпуская мою руку.
Он улыбался, весело так и радостно и еще - победно. Довольный такой! А я задыхалась от нахлынувших чувств и эмоций, с которыми все никак не могла справиться. Совсем никак! И мне было стыдно, что не могу с собой справится, и не по себе совсем, а еще моя ладонь в его руке… Он просто держал мою руку, он так часто это делал, но иначе это прикосновение я начала ощущать только сейчас… совсем иначе, и это прикосновение стало волнующим…
– Риан, это вино так действует?
– с надеждой спросила я.
– Нет, - довольная улыбка и торжество победы в глазах.
– Магистр, вы издеваетесь сейчас?
– начиная злиться, спросила я.
– Нет, - наглая-пренаглая улыбка, и я понимаю, что и Юрао и Эллохару весьма далеко до лорда Риана Тьера во всем, что касается наглости.
Молча вырвала свою ладонь, стремительно отошла к стене и, глядя на дворец, просто постаралась успокоиться. Но сердце продолжало биться в неимоверном темпе, дыхание было быстрым и поверхностным, а все тело будто горело в огне… И я вдруг поняла, что если мы будем спать вместе, как прошлую ночь, я не засну. Да я просто спать не смогу, зная что он вот так близко. Совсем…
– Риан…
– Мм?
– отозвались со всем рядом, прямо за моей спиной, а я даже не услышала, как магистр подошел.
– Можно я буду спать одна?… В своей спальне.
Тихий коварный смех, и торжествующие:
– В моей маленькой северной женщине, наконец, проснулась чувственность?
И пусть сколько угодно уверяет, что не издевается! Издевался он! Одним словом - темный, причем лорд!
– Риан!
– Можно, - согласие прозвучало с нотками высочайшего дозволения, но возмущаться я не рискнула.
Как оказалось зря, потому что после он весело произнес:
– И да, не забываем о ранее произнесенной фразе.
– Это о какой?
– подозрительно интересуюсь.
– «Я с тобой», - весело напомнил магистр.
Не знаю к чему это было сказано, но спала я сама, более того, меня галантно провели к до дверей моей спальни, нежно поцеловали… руку, пожелали кошмарных и удалились гордой походкой победителя.
И я действительно спала сама, примерно до двух часов ночи, а после в моей постели оказались посторонние владельцы родовых артефактов, меня нежно обняли, прижимая к себе поближе, и магистр хриплым, сонным голосом сообщил: