— Где тебя черти носят?! — орал отец в трубку. За гневным тоном Джордж различил беспокойство. — Ты неделю не отвечал на звонки, мы уже хотели ехать в Париж разыскивать. Где ты был все это время?

— Все нормально, — сонно ответил Джордж, — уезжал из города. Нужно было поискать вдохновение на природе.

— А почему телефон не взял? Или для вдохновения он противопоказан? — скептически фыркнул отец.

— В том месте не было покрытия. Это горы. Я ездил в Шамони.

— Ладно, — смирившись с непутевостью сына, произнес старший Олдриж, — не хочешь говорить, не надо. Через два дня открытие отеля в Токио. Прилетишь? Соберутся все.

— Извини, но вряд ли.

Во-первых, родные увидят его общую побитость и потрепанность. А во-вторых, Джордж знал, что после происшествия, которое с ним случилось, он не сможет думать ни о чем другом, кроме как о Лауре. Ему необходимо увидеть ее, поговорить. Уместить в голове картину и живую девушку.

Приехав домой, вернувшись в свой привычный обыденный мир, Джорджу стало казаться, что все произошедшее было сном. Мучительным, тяжелым, но одновременно сказочным и прекрасным. И если бы в зеркале не отражались кровоподтеки и царапины, он бы подумал, что ему пригрезилось и похищение, и неделя в подвале, и ожившая картина шестнадцатого века.

После разговора с отцом, спать уже не хотелось. Джордж умылся, включил кофеварку и сел за компьютер. Он должен отыскать хоть что-нибудь. Должен избавиться от изматывающих мыслей, иначе сойдет с ума, прокручивая в голове одну и ту же фразу тысячу раз — Лаура ожила. Как это произошло? Когда — понятно, в день его свадьбы. Почему именно в этот день, а не раньше? Если бы раньше, все могло бы быть по-другому.

Сейчас он отдал бы правую руку за то, чтобы увидеть момент ее рождения, воочию увидеть свершение чуда.

Джордж копался и копался в интернете, выискивая косвенные окольные ссылки, заходя на сайты полиции, читая сводки новостей. И нашел! В день его свадьбы, на пляже, в районе его бывшей виллы, была найдена девушка. Блондинка, худощавого телосложения, одетая в ночную рубашку белого цвета. Больше вещей при ней не обнаружили. Нашли девушку двое пенсионеров из Америки, Анна и Джон Симпсоны. Они и вызвали полицию. Газета была местная, муниципальная, выпущенная небольшим тиражом. Приписка под фотографией гласила: «Девушка потеряла память. Если кто-нибудь узнал ее, просим сообщить по телефону…»

Джордж всматривался в маленькую темную фотографию. Исцарапанное лицо, всколоченные волосы (на фото они выглядели темными), огромные испуганные глаза. Если знать, что это она, то да, похожа. Он пытался найти другие сообщения, проследить ее дальнейшую судьбу, но больше ничего не нашел. Зато через месяц в агентстве Эскриба появилась идеальная модель, прекрасная и загадочная Лаура Симпсон.

Джордж схватился за голову. Боже! Неужели это правда? Мозг плавился, не в силах осознать истину, здравый смысл сцепился не на жизнь, а на смерть, с верой в чудеса.

— Хватит! — заорал он, вскочил на ноги и засадил изо всех сил кулаком по стене. — Прими это как свершившийся факт! И живи дальше!

— Если сможешь спокойно жить, — добавил через время, немного успокоившись.

И все равно, не смотря ни на что, Джордж был счастлив. Был безумно рад, что стал свидетелем волшебства. Пусть косвенно, пусть он не видела самого момента рождения, но ему хватило и знания. Ему страстно хотелось увидеть Лауру, поговорить с ней. И в то же время он боялся этого. Она жила рядом с ним несколько месяцев. Видела его настоящим, его терзания, страхи, сомнения. Видела отношения с Изабеллой. Их скандалы, поцелуи, любовь…

Джордж ошеломленно застыл. А вдруг, при рождении, она потеряла память и ничего о нем не помнит? Ведь в газете была приписка об амнезии… Олдридж медленно выдохнул. Нет, она же хотела выкупить свою картину, значит, память осталась с ней.

Нужно вспомнить, что он делал и говорил. Нет, вроде ничего гадкого или постыдного. Он даже не слишком страстно целовал Изабеллу, словно чувствовал, что за ними наблюдают. А ведь, и правда! Он все время ощущал ее взгляд, только не знал, каким он был. Как она на него смотрела? Изучающе, равнодушно, презрительно? Или все же заинтересованно, дружелюбно, ласково?

Она же приходила к нему! Приходила просить помощи, а он так грубо с ней обошелся. Если бы он знал! Он бы отдал картину бесплатно, это же был ее дом. А сейчас холст украли. Но с той настойчивостью и упорством, который Джордж увидел в глазах старикана, тот найдет его быстро, если уже не нашел.

Неделю Джордж отлеживался дома, выходя только в ближайший супермаркет за продуктами. Синяки посветлели, поясница стала болеть меньше. Он сменил замки, в глубине души понимая, что вряд ли они остановят бандитов, если те опять захотят прийти. Но ему было так спокойнее. За это время он нашел адрес филиала Эксрибы в Париже, вступил в клуб Картье, купив карту, и написал первую главу нового романа.