И погребение она заслужила соответствующее. Только вместо драккара Хильде следовало отправиться в загробный мир вместе со своим домом. Я присел на корточки у очага, в котором еще теплились несколько угольков. Старая ведьма не раз ворожила над ним, бросая в огонь свои колдовские травы – но теперь пришло и мое время. Без подсказок, шпаргалок и системных сообщений я и так знал, что делать.

Вытянув ладонь к очагу, я позволил потухшему пламени взять часть моей силы. Шкала духа разом просела на треть, но угольки сначала задымились, а потом над ними заплясали алые язычки. Я влил еще немного – и огонь ожил, окреп и потянулся вверх. Оторвался от земли и брызнул во все стороны, потянулся к стенам. Пучки сушеной травы вспыхнули сразу, а через несколько мгновений затлел и сам дом Хильды. Старое дерево вздохнуло, но я не слышал в его вздохе боли – скорее облегчение. Оно служило ведьме долгие годы и заслужило покой не меньше ее самой.

Я вышел наружу за мгновение до того, как разговевшееся пламя с ревом окутало весь дом. Спину жарило невыносимо, но все же не настолько, чтобы заглушить голос Хиса, взывавшего ко мне издалека.

– Враг! Близко!

Но я и так уже видел «Истинным зрением» огромное, колоссальное нечто, что шагало ко мне среди деревьев. Тварь, прикончившая болотную ведьму, возвращалась.

Дозор Хильды окончился.

Теперь начинается мой.

– Что ты такое? – пробормотал я. – И откуда выполз?

Рука уже сама тянулась к мечу на поясе… но как-то нерешительно. Увесистый широкий клинок с закругленным наконечником – обычное оружие северян – казался бесполезной зубочисткой против этой махины.

По сравнению с гигантским уродцем, что вышагивал на меня из-за деревьев, даже великанша Модгуд выглядела бы красоткой. Она хотя бы отдаленно напоминала человека – а этот скорее походил на вымахавшую раз этак в пять-десять гориллу, вместо шерсти покрытую темной серо-зеленоватой кожей. Приземистый – если это слово в принципе можно применить к туше в полтора моих роста высотой, скрюченный, с кривыми короткими ногами и огромным брюхом. Зато руки у уродца, напротив, оказались непропорционально длинными и доставали чуть ли не до земли. Безволосая голова, большую часть которой составляла выпирающая нижняя челюсть с двумя острыми клыками, узкий лоб и близко посаженные глазки, грозно зыркающие на меня из-под кустистых черных бровей – единственной растительности на теле этой самой страхолюдины. Только две вещи выдавали в лесном госте разумное существо: набедренная повязка из грязной серой ткани размером с парус драккара.

И огромная дубина, которой уродец не замедлил воспользоваться.

Подобранное – а скорее попросту выломанное где-нибудь неподалеку – деревце свистнуло в воздухе, и я еле успел пригнуться. Уродец тут же замахнулся снова, ударил – но на этот раз я ударил в ответ. Время послушно замедлилось, и я без труда увернулся от дубины и рубанул по сжимавшим ее пальцам. Надежная сталь не подвела – меч рассек кожу, и на снег брызнула кровь. Не алая, как у человека, а темная, почти черная. Уродец заревел и поспешил сравнять счет – ударил свободной рукой.

Кулак с мою голову величиной прилетел в трофейный щит, который я еле успел подставить. Здоровья сняло немного – но на ногах я все же не устоял. Отлетел шагов на пять-десять и пропахал лопатками снег. Если бы не короткие ножки, уродец запросто бы размазал меня прежде, чем я вскочил и снова ускользнул от его дубины.

Так, посмотрим…

Горм Костолом

Тролль 27 уровня

Сила: 25

Телосложение: 19

Подвижность: 8

Восприятие: 1

Воля: 2

Тролль! Мог бы и сам догадаться – кем еще могла оказаться здоровенная обезьяноподобная хреновина с зеленоватой кожей… и весьма примитивным разумом. Похоже, человеческие пределы значений характеристик для троллей не работали – Сила Горма Костолома (что-то подсказывало, что прозвище он получил неспроста) основательно перевалила за двадцатку, да и Телосложение отставало не сильно. Зато Воля и Восприятие хромали на обе ноги – ни выдающегося ума, ни острого зрения демиурги этого мира троллям не отсыпали.

Иными словами, Горм был малость подслеповат – иначе бы уже давно изловил меня среди деревьев и вколотил своей дубиной в землю. Но пока мне кое-как удавалось не только уворачиваться от его страшного оружия, но и иногда даже бить в ответ. Хис не отставал – как мог, путался у тролля под ногами, рычал и кусался. И его зубастую морду, и мой клинок по самую рукоять покрывала дымящаяся на морозе черная кровь, но Горм ничуть не сбавлял оборотов – напротив, похоже, становился только напористее и злее.

И как его прикажете воевать?! Запредельной расторопностью тролль не отличался, так что пока я не потерял и четверти шкалы здоровья… но две другие стремительно таяли. И что-то определенно закончится раньше – то ли Горм, то ли мой запас выносливости и духа. И пока что второй вариант выглядит куда более вероятным. Я вертелся волчком, контратаковал, жался к деревьям, среди которых троллю сложнее было орудовать дубиной, беспощадно резал его по пальцам и рукам – но все же отступал. А Горм пер вперед. Слишком длиннорукий, огромный и толстокожий, чтобы я мог нанести ему серьезный урон…