То есть я чувствовал всё что угодно, только не вкус победы. И лишь когда в меня врезались две вредные, но любимые девушки, тормоша и заливая слезами, до меня дошло, мы сделали это. Фактически невозможное, абсолютно нереальное, буквально в одиночку. Подвиг? Бред! Скорее безумие, просто удачно закончившееся.

– Я знала, что ты придёшь! – а вот и последняя потеря нашлась.

На крыше контейнеров, служивших гоблинам складами и карцером, стояла Яна, подпрыгивая и размахивая руками. Мелькнула было мысль, как она туда забралась, но я тут же вспомнил, что она воздушник. А тем, даже самым слабым, взлететь не проблема. Вот эта коза и нашла себе место, абсолютно не понимая, что тому же Танцору добраться до неё проблем бы не составило. А Принцу и того не нужно было, увернуться от его удара дурында вряд ли бы успела.

Но ругаться не хотелось. Так что я просто махнул рукой, подзывая Растопчину к нам. Мои красавицы не спешили возмущаться, а я сегодня понял, что и эта девица сумела змеёй просочиться мне в душу. Как там будет на родине, не скажу, но здесь и сейчас она мне была нужна.

И видимо это было взаимно, ибо Яна взвизгнула и прыгнула прямо к нам… попыталась. Потому как её прямо в воздухе перечеркнула очередь, выпущенная одним из шагоходов. Уж не знаю, целился он специально или просто в агонии нажал на гашетку и случайно попал, но больше выстрелов не последовало, а тело девушки, буквально перерезанное, пополам рухнуло на землю. Вместе с моим сердцем.

Я не помню, как оказался возле неё. Яна ещё была жива, но это явно было ненадолго. Кровь толчками выплёскивалась изо рта Растопчиной и становилось понятно, что унести её из аномальной зоны не получится. Всё что я мог – это взять её за руку и смотреть, как стекленеют глаза, в которых застыло неверие. Всё пройти и погибнуть в шаге от дома, подобного издевательства не заслужил никто. И меньше всего молодая и глупая девчонка.

Я на полную запустил эмпатию, принимая её боль и стараясь утешить, как могу. Пусть это отдавало лицемерием, обещать, что всё будет в порядке, но что ещё сделать я просто не знал. Ровно до того момента, когда твёрдая рука буквально отшвырнула меня от умирающей девушки. Всё таки Тигра была значительно сильней большинства не только людей, но и гномов со зверолюдами, так что не удивительно, что Снегурочка попросила её освободить место.

Сама же Инга, под моим удивлённым взглядом, рухнула рядом с Растопчиной на колени, сунула ей что-то в руку, сжала, и быстро зашептала чего-то на ухо. Я хоть и отлетел недалеко, но разобрал лишь «куда денется», «свадьба» и «устроим ему». Яна улыбнулась… и умерла.

Главный венчальный зал столичного Храма Жизни использовался редко. По традиции там заключали брак лишь члены имперского Рода и пятьдесят древнейших аристократических Родов, входящих в Совет, и внутрь не допускались даже дворяне, не говоря уже о простолюдинах. Но сегодня его двери распахнулись для всех желающих.

Внутри собралась колоритнейшая компания. Тут можно было найти и аристо, причём из Родов, приближённых к Императору, и дворян разных классов и даже обычных наёмников, откровенно плюющих на любой этикет, даже если были ему когда-то обучены. Однако атмосфера царила праздничная, и бутылки и фляги то и дело ходили по рядам, не особо разбираясь в чинах и регалиях.

И это несмотря на то, что саму Империю лихорадило. Уже два месяца как было объявлено черезвычайное положение. По слухам, просыпался Повелитель нежити, и страна готовилась отражать самое больше нашествие в обозримой истории. Но кроме этого умные люди могли заметить ещё кое что.

Во-первых, резкое потепление отношений с Чжунго. Настолько, что с границ между империями снимались войска и срочно перебрасывались, усиляя арктическую или африканскую группировки. Более того, в качестве жеста доброй воли зверолюдям были переданы последние разработки в оружейном деле, а именно автоматическое оружие. Те отдарились новейшими двигателями для дирижаблей, за считанные недели повысившие маневренность воздушного флота в разы.

Однако внутри Империи творились дела и посерьёзней. Коалиция Императрицы и собравшиеся вокруг неё древние аристократические Роды, всеми конечностями держащиеся за свои послабления и свободы вдруг попали в опалу. Имперская евгенистическая комиссия, главный оплот их сопротивления потерял почти все полномочия, став, по сути, совещательным органом, на чьи решения не только Император теперь мог с лёгкостью наложить вето, но и любой чиновник областного значения.

Так же были разоблачены и взяты в полном составе разведсети Валинора и СГШ. Что мгновенно подняло авторитет СИБ до невообразимых высот. Князь и раньше не обделённый властью, с опалой Императрицы и этими достижениями мгновенно стал вторым человеком в государстве. И тут же развил бурную деятельность, создавая новые оружейные заводы и формируя отряды самообороны на местах. Контракты наёмников так же были пересмотрены в лучшую сторону, за что те были готовы носить Николая Георгиевича на руках. О чём уже много раз заявляли.

Самое удивительное, что все эти события имели прямое отношение к одному человеку, ради которого сегодня все и собрались. И пусть публика была разношёрстной, но стоило ему появиться, как трибуны разразились восторженными воплями.

С виду в нём не было ничего необычного. Обычный паренёк лет двадцати, таких в любом городе двенадцать на дюжину. Разве что глаза выделялись необычным жёлтым цветом, словно у сокола. Но каждый из собравшихся считал его своим. Наёмники знали, что под правым рукавом новенькой офицерской формы, таится змея, обвивающая руку от запястья до плеча, и символы трофеев на её шкуре заставили замолчать самых въедливых скептиков.