— Беркут, я Оса! Держись! К вам уже выдвинулось подкрепление. Приём. Беркут, я Оса, что у тебя? Ты живой? — ещё более нервных кричал в рацию командир. — Прием, мать твою!

В наступившей тишине Святослав прислушивался к любому шуму, он сумел различить отдельные слова, доносящиеся из динамика рации: «оса… пшш… подкрепление… пшш… прием…».

Святослав понял, что у него совсем мало времени, поэтому вместо того, чтобы вновь пытаться самостоятельно освободиться от наручников, он плюнул на это дело.

Прикрыв глаза, Звягинцев развеял одного из двойников. В настоящий момент все тридцать клонов располагались в овраге у родника.

Между тел милиционеров, пребывающих в стране розовых пони, неподалеку от Святослава появился его обнаженный двойник.

— Освободи меня! — голосом с истерическими нотками, вызванными паникой, воскликнул Слава. — Быстро.

Дубль чётко выполнил приказ. Он с ремня ближайшего к нему милиционера снял ключи от наручников. Святослав нетерпеливо повернулся спиной к двойнику, ему казалось, что клон действует слишком медленно, хотя на самом деле всё происходило довольно быстро.

Обнаженный двойник снял наручники с рук Звягинцева.

Святослав сунул ноги в тапочки, схватил свой пиджак и рванул в сторону балкона. Он осторожно ступал по осколкам стекол. Выглянув вниз с балкона, парень сразу же обнаружил лестницу от пожарной машины, именно по ней в квартиру проникли спецназовцы. Внизу он разглядел двух милиционеров. Повезло, что они не смотрели в этот момент вверх и лестницу решили повторно не использовать, видимо, из соображений безопасности. Одно дело — застать преступника врасплох, другое — рисковать жизнями, взбираясь по пожарной лестнице. Попасть по ним чарами было почти нереально из-за большого расстояния.

Путь вниз через балкон отпадал. С нынешними физическими возможностями Звягинцева прыгнуть вниз с высоты девяти метров не представлялось опасным для жизни, а уж спуститься по лестнице и того проще. А вот получить несколько свинцовых подарков — другое дело. Поэтому пришлось рвануть обратно в квартиру.

Со стороны подъезда доносился громкий топот множества ног, который с каждым мгновением становился всё ближе. Славе было страшно, от накатившей паники он почти перестал соображать, что с ним случалось крайне редко.

В итоге Слава принял решение прорываться через подъезд. Рванул по коридору, наступая на пачки денег и огибая бессознательные тела стражей порядка.

Топот становился ближе. Казалось, что уже первый милиционер ступил на лестничную площадку третьего этажа.

Святослав юркнул за угол и приник спиной к стене ванной комнаты. Представив вектор заклинания, что было несложно из-за узкого коридора, он дождался резкого грохота распахнутой двери.

— Наслаждение!

В коридоре раздался звук падения тела и протяжный стон. Заклинание поразило первого из трех милиционеров-спецназовцев.

С лестничной площадки тут же донесся яростный крик:

— Не-е-е-т!!! Он убил Макса!

Святослав подумал: «И чего так вопить?! Нужно радоваться за товарища Максима, он впервые жизни испытал такое удовольствие».

Тут же раздался грохот автоматной очереди. Пули пролетали мимо Святослава дальше по коридору, впиваясь в дальнюю стену единственной комнаты.

Святослав от испуга сильнее вжался в стену. Из-за неожиданности у него сорвался повторный каст заклинания.

Милиционер стрелял и медленными шагами продвигался вперёд.

Наконец, Слава смог справиться с собой и в очередной раз за день использовал заклинание:

— Наслаждение!

Стрельба тут же стихла. С продолжительным стоном милиционер в камуфляже, каске и бронежилете рухнул на пол. Голова в каске лежала прямо у ног Славы.

На этот раз Звягинцев не зевал, он несколько раз подряд бросил своё коронное заклинание в сторону подъезда. Он перестал кидаться чарами лишь тогда, когда до его ушей донесся звук падения и звон титановой каски повстречавшейся с бетонным полом.

Звягинцев внимательно прислушивался, вокруг стояла полная тишина. Но он не спешил выбегать в подъезд, опасаясь засады. Слесарь мысленно подключился ближайшему клону и передал ему команду выбежать в подъезд и осмотреться.