– Времени осталось совсем чуть-чуть, – сказал Макс. – Фактически его уже нет. В оставшиеся минуты я хочу вам кое-что рассказать. Апофеоз всего этого затянувшегося вечера.

– О боже мой… – вздохнул Логус. – Что еще ты можешь нам рассказать?!

– Немногое, если учесть, что времени осталось впритык… – Макс посмотрел в потолок и нахмурился.

Из коридора в комнату осторожно заглядывала здоровенная лужа, значит, лестничный пролет уже весь был заполнен водой.

Видимо, вода заползла и под кучу мусора, в которой спал Хесус, потому что там завозились, и на свет вылез негритенок, с недовольным видом отряхивающий штаны.

– Все, стало быть, в сборе, – подвел итог Макс.

– Не тяни, – сказал Логус, тоже напряженно глядя в потолок.

– Из этой драки я, скорее всего, не выйду. Я юлил, сколько мог, но теперь, кажется, пришел мой черед. Однако я приложу все силы для того, чтобы кто-то из вас ушел из этой мышеловки живым. И мы должны сейчас решить, кто это будет. Участь этого человека будет несладкой, так что…

– Не понял? – Логус сделал несколько шагов вперед.

– Сейчас… – Макс остановил его движением руки. – Неожиданно это не начнется. Я уже говорил, что наш мир – это многомерные шахматы. Где относительной свободой выбора владеют только фигуры, которые, в отличие от пешек, выбирают, где и когда им оказаться. К сожалению, этот выбор часто бывает неосознанным и причиняет массу неприятностей в дальнейшем. Так или иначе, все вы оказались в нужное время в нужном месте. У каждого из вас, включая даже этого развозчика пиццы, в сегодняшнем спектакле есть своя миссия. И сейчас я хочу вам открыть истинную причину того, почему такая серьезная сила, как стая Гончих, преследует одного человека.

Макс откинул со лба волосы, и все увидели, что под его кожей, на линии волосяного покрова, находится некое вздутие.

– Имплант? – полуутвердительно спросил Керк.

– Что-то вроде, – отозвался Макс. И в то же мгновение кожа над вздутием начала распадаться, расходясь на несколько аккуратных лепестков. Там, среди красной плоти, обнаружился голубоватый вытянутый кристалл, уходящий своим острием куда-то внутрь черепа Макса.

– Биоимплант, – сказал Логус странным голосом. И, глядя на удивленные лица собравшихся, пояснил: – Накопитель, обладающий определенными качествами живого существа-симбиота. Запрещен к использованию. Входит в число технологий, запрещенных Особым Уголовным Кодексом. Подлежит немедленному уничтожению вместе со своим носителем.

– Почему? – выдохнул Хесус.

– Потому… – замолчал на полуслове Логус, но потом закончил фразу: – Потому, что в нем нашли следы неземных технологий.

– Ты что, хочешь сказать, что он, – проснувшаяся Циркуль указала на Макса, – пришелец?

– Нет, – Логус покачал головой. – Он-то как раз человек. И кристалл тоже наш, но вот его биологическая составляющая… Как бы не совсем.

– Как бы? Почему как бы?

– Потому что неясно, каким именно путем эта штука приживается в организме другого человека. Симбиот.

– Хорошо, что в нашей компании оказался Техник, – сказал Макс. – Я бы не смог этого объяснить. А теперь, когда основная масса вопросов оказалась разрешена, позвольте, я продолжу.

Возражений не последовало.

– Все наши сегодняшние рассказы вертелись вокруг одного и того же, кроме, может быть, истории Хесуса, но он человек в нашей компании почти случайный. Хотя ничего случайного тут нет, есть только… Не о том я хочу сказать! Мы говорили сегодня об одном человеке, личности, деятельность которой породила множество легенд, массу слухов и, так или иначе, оставила след в истории общества. Почему? А просто потому, что эта личность жива по сей день. Потому что она здесь!

Говоря это, Макс осторожно касался импланта в своей голове. Под его пальцами кристалл вспыхивал неровными синими искрами и словно бы растворялся, теряя свою жесткую структуру, становясь похожим на луч света, случайно принявший конусообразную форму, Макс легко вынул имплант из своей головы. На его ладони тот перестал светиться и стал выглядеть как простой камень, кристаллический накопитель, содержащий в структуре своей прочной решетки океаны информации.

– Прошу любить и жаловать, – сказал Макс, поднимая кристалл над головой. – Алекс. Бессмертная личность, переходящая по наследству из поколения в поколение. Человек, помнящий, как все начиналось, видевший если не все, то очень многое. Это его страхи, его жажда жизни, его любовь к смерти, его личность. Вся его жизнь заключена в этом объекте. Та инициация, о которой говорил ты. – Макс указал на кибера. – Его помощь помогала мне выпутываться из всех тех передряг, куда я ухитрялся попасть. Мне жаль прощаться с ним, но приходится. Сегодняшней драки я не переживу. Я устал. А отдавать Его в лапы Стаи… Или в лапы тех, кому они служат… Кто-то из вас должен сегодня унести его с собой. Это тяжело, но необходимо.

Молчанием были встречены его слова.

– Погоди, – начал первым Керк. – Но ведь у нас нет… Ни необходимой для имплантации техники, ни соответствующих разъемов. Черт, да я вообще впервые вижу этот биоимплант! Я о них и не слышал ничего!!!

– А и не нужно, – тихо сказал Логус – Я же сказал, что это технология запрещенная. И к тому же основанная на симбиотичности, на эффекте паразита. Достаточно принять этот кристалл в дар, и он сам найдет себе место в организме… Сам войдет в мозг, подстроит нервные окончания, выйдет на контакт… Такого не могли придумать земляне… наверное.

– У нас мало времени, – напомнил Макс. – Кто возьмет это на себя? Я гарантирую этому человеку жизнь. Все остальные будут защищать его, пока будут живы. По крайней мере, я сделаю все от меня зависящее.

Никто почему-то не возразил, только Хесус растерянно хлопал глазами посреди комнаты – ему не давала покоя сцена, когда Макс достал у себя из лба камень и не помер при этом. Циркуль медленно качала головой.

– У нас совсем нет времени…

Все решилось само собой.

Макс стоял с кристаллом в вытянутой руке спиной к окну.