— Отпусти, — прошептала она, когда его рука на её лице, немного ослабила хватку. — Подонок! Я ничего ни сделала!

Он на минуту остановился приподнимая её подбородок пальцами левой руки. Пренебрежительно глядя в глаза сказал;

— Ты ничего не делала?! — на лице циничная улыбка. — Шляешься по клубам, одетая как какая-то шалава. Это по-твоему, «ничего не делала»? Ты правда, ничего не понимаешь?

Он сделал многозначительную паузу.

— Мало того, что шлюхастая, так ещё и тупая….

Снова стал вбиваться в девушку с такой силой, что она едва сдерживалась, чтобы не заорать в голос. Ей было больно, и он не собирался сглаживать ощущения, наоборот, старался сделать как можно больнее.

— Хватит, пожалуйста….
– шептала она, уже не удерживая слезы, которые лились по её лицу сплошными потоками. — Мне больно, Максим!

Он на минуту остановился, после чего продолжил с меньшей интенсивностью.

— Отлично. Я как раз хочу, чтобы тебе было больно, — ядовито прошептал он, но немного сбавил обороты. Движения стали не такими резкими, а руки нежно гладили её лицо. Он осторожно коснулся своими губами её губ, после чего сразу же отстранился.

— И почему я….влюбился…. Почему в такую, как ты? — это было сказано тихо, очень тихо, она ничего не поняла.

В этот раз Соколовский мучил её недолго. Ему хватило всего одного раза, после чего он пренебрежительно её оттолкнул, направляясь в ванную комнату. Соня лежала на кровати, уткнувшись в подушку, плакала.

Сейчас она сама себя не понимала. Всего несколько часов назад, она хотела его увидеть. Мечтала, чтобы он приехал к ней домой. Ну, вот он и приехал. И всё пошло наперекосяк….И чего она ожидала от этой встречи, спрашивается?

— У тебя есть карманные деньги? — Соколовский вышел из ванны, после чего задал ей неожиданный вопрос.

Она не стала отвечать, продолжая беззвучно плакать в подушку. Он сел рядом с ней, поглаживая её по волосам.

— Я задал вопрос. — его голос не казался грубым.

Она приподняла лицо над подушкой, злобно глядя на него, ответила.

— Какая тебе разница? Тебе не касаются мои дела. Ты мне никто. Насильник….

Он схватил её за руку и сжал с такой силой, что она снова вскрикнула. Наверняка на этом месте появятся синяки. На его лице снова заиграли желваки, но он ничего не сказал.

Он вытащил из кошелька увесистую пачку купюр и бросил её на тумбочку.

— Я не хочу, чтобы ты в чем-то нуждалась, — спокойно ответил он, игнорируя её последнюю фразу. — Понадобится ещё, позвони.

— Соколовский, ты идиот? Ты правда, думаешь, что я возьму твои деньги? Они мне не нужны! Подавись своими деньгами, понял? Я сбегу из этого дома и от тебя сбегу, не сомневайся. Ты больше никогда меня не увидишь!

К её удивлению, он отреагировал почти спокойно.

— Один раз ты от меня уже сбегала. Напомнить тебе, детка, чем это закончилось?

Соня прекрасно помнила, чем это закончилось. Она попала в плен, одного из конкурентов Соколовского. Они издевались над ней, не кормили, держали в холодной комнате. Она очень долго отходила от этого плена.

— Ты должна быть послушной. — непринужденно продолжил Соколовский. — Если то, что ты вытворяла сегодня, повторится снова, я тебя накажу. Очень сильно накажу, детка.

Соня проворчала что-то нечленораздельное.

— Чего ты хочешь от меня? Кто я тебе? Подстилка? Ни к одной своей подстилке, ты не относишься так плохо как ко мне….

Соколовский вздохнул, после чего погладил её руку. Внезапно мягкий жест, от которого девушка вздрогнула.

— Ты моя девушка. — спокойно ответил он, мягко сжимая её руку. — Я не мог тебе это сказать тогда, когда мы были во дворе моего дома. Почти уверен, что среди моих людей есть продажные шпионы. Я уже несколько раз менял охрану, но это ни к чему не привело. Не тот уровень.

Он немного помолчал.

— Я всё тебе расскажу. Позже. Я никогда не изменял тебе, София. И с Ангелиной у нас ничего не было. Она дочь одного из деловых партнеров. Зашла с деловым визитом.

Он не стал рассказывать, что она заявилась к нему в клуб пьяная, недвусмысленно намекая на секс, развязно предлагала себя, напоминая прошлые подвиги. Он кое-как отделался от пьяной девушки, но она обещала, что просто так не сдастся и снова придёт в его клуб. Соколовскому было плевать на это. Но он не хотел, чтобы Соня про это знала.

— Девушка?! Да ладно? Ты всех своих девушек называешь шалавами и подстилками?

Он встал с кровати на которой сидел рядом с Соней. Стал поправлять одежду, надевать галстук.