Лично выводить царапины от когтей, вмятины и прочие следы встреч с чужаками, лугасу было откровенно лень, и чтобы не тратить драгоценный отдых на такие мелочи, он решил передать это дело в руки оружейников, для которых ремонт снаряжения являлся прямой обязанностью.

По пути в кладовую, Гертрану то и дело встречались спешащие по своим делам эльфы городского гарнизона. Видеть подобное оживление в казармах, оказалось непривычно. В отличие от рейнджеров, большая часть которых жила в Хессенделе, сформированный недавно постоянный гарнизон набирался из разных городов, и прибывавших на службу заселяли в казармы.

Первое, что увидел лугас прибыв на место, был одетый в гражданское Сазеанель, который поочередно сдавал свое снаряжение стоявшему за стойкой эльфу. Часть вещей оружейник откладывал под стойку, а над остальными застывал на какое-то время, от чего вокруг предметов на пару секунд возникало радужное свечение. Такие вещи, возвращались обратно Сазеанелю.

Встретившись с Гертраном взглядом, рейнджер ненадолго отвлекшись от своего занятия хмуро кивнул, и вернулся к прерванной процедуре, а лугас так и не разобравшись, чему стал свидетелем направился к соседней стойке сдавать на ремонт форму.

***

— Сазеанель, постой! — эльф обернулся на оклик, аккуратным движением убрав с плеча чужую руку. В очередной раз пришлось напоминать себе, что лугасу не смотря на прочитанную когда-то память, чужды традиции его народа, и тот не собирался его оскорблять. В мирной обстановке, такой жест могли себе позволить лишь друзья, к которым Гертран никоим образом не относился.

— Стою, — ответил он.

— Оу, — видимо что-то отобразилось в глазах эльфа, — Приношу свои извинения, — сказал Гертран, слегка склонив при этом голову согласно этикету.

— Извинения приняты. Так что ты хотел?

— Хотел узнать, что делал оружейник с твоим снаряжением.

Сазеанель посмотрел в глаза лугаса, пытаясь отыскать в них насмешку, но нашел только легкий интерес. Вздохнув, он ответил.

— Стирал клеймо отряда.

— Ты уходишь? — удивленно спросил собеседник, — Сейчас?

— Меня выгнали, Гертран. И право вернуться обратно, появится не раньше, чем через сто лет.

— Но за что? Ты ведь убил немало осаждающих город тварей!

— Я. Нарушил. Приказ, — разделяя слова, жестко ответил эльф. И смягчив тон, добавил, — Все в порядке. Поверь, в условиях войны, это не очень большое наказание. Я не в обиде.

— Хочешь, я поговорю с Кальфином? Возможно удастся заменить изгнание испытательным сроком?

Сазеанель усмехнулся подобной заботе. Для него стоящее напротив существо воспринималось вначале как безжалостный монстр, затем как слабый лугас, но никогда как друг или хотя-бы приятель. А теперь Гертран — единственный из отряда, кто пытается хоть что-то для него сделать. Порой судьба делает странные повороты.

— Не стоит. Я запишусь в гарнизон. Там сейчас не хватает кадров, и от мага, пусть тот и не очень дружит с дисциплиной, никто отказываться не будет. Но за предложение спасибо. Удачи тебе с решением вопроса, по которому тебя призвали.

— И тебе удачи на новом месте службы, — ответил лугас, пожав протянутую руку.

Глава 16

В небольшом круглом зале повисло молчание. Несколько человек опаздывали к назначенному времени, но никто из собравшихся не спешил занять образовавшееся в ожидании время разговором.

Наконец воздух возле одного из незанятых кресел пошел рябью, и спустя секунду на нем уже сидел худой мужчина в легких кожаных доспехах. Рыжие волосы человека наполовину покрывала седина, а морщины густой сетью собравшиеся в уголках глаз, старили его еще больше и выдавали накопившуюся за долгое время усталость.

— Прошу прощения за задержку. У меня возникли некоторые трудности.

— Ничего страшного, у всех тут последние полгода регулярно возникают трудности, — безразлично ответил сидящий справа гном, рассматривая чугунные четки, которые перебирал во время ожидания.

— Кто-нибудь знает когда появится Дальв? — спросил поерзавший на своем месте краснокожий флеми*. (*флеми — разумная раса, выглядят как дети десяти-двенадцати лет с небольшими рожками и длинным гибким хвостом с шипом на конце. Цвет кожи и глаз может быть любым. Слабо контактируют с другими расами и редко появляются за пределами своего острова. Точные способности и срок жизни неизвестны)

— Последний раз я с ним связывался неделю назад. Чужаки тогда пошли на него в очередную атаку, и ему некогда было разговаривать. После этого установить связь не удавалось, — ответил появившийся последним мужчина, окинув взглядом все еще пустующее кресло напротив.

— Похоже нас стало на одного меньше, — безликим голосом подвел итог князь рерохов, кутаясь в балахон полностью скрывающий его черты.

Никто не ответил, но воцарившееся после этой фразы молчание лучше любых слов говорило о том, что такого же мнения придерживаются остальные. Это было уже не первое опустевшее кресло, и вряд ли ему суждено стать последним.