— Чтоб ты понимал, марионер. Я сейчас её поцелуй за три минуты получу.

— Ну-ну, — шикнул Демьян, — рискни.

— Запросто, — с этими словами Ратхар скрылся в трюме.

Прошла пара минут, и я заинтригованно ждала, чем же меня удивят.

Пространство люка озарил яркий свет.

Вспышка бластера заставила Демьяна и Сунира ругнуться и молниями ринуться в грузовой отсек. У меня же в душе похолодело. Что опять? Личинка? Червь? Ещё пакость какая?

Мужчины внизу ругались и, кажется, даже бранились. Но вскоре всё стихло. Я не рисковала подойти к краю люка и глянуть вниз.

— Демьян, — несмело позвала я его.

— Всё в порядке, солнышко, просто у кого-то ум за разум зашёл. Но тебе понравится.

Троица неспешно поднялась наверх. В руках Ратхара я увидела контейнер. По кабине разлетелся запах мяса.

— Ты пока спала, тогда на планете, я бластером пару кусков поджарил. Да не успел тебя накормить, заварушка началась. Я кусочки те сложил и оставил – подумал, если тебе совсем худо от еды станет, так порадовать. Но мы уже почти долетели, так что сейчас можно смело сделать тебе, доченька, небольшой подарок.

В руки мне вручили коробку, в которой дымились шесть огромных кусков мяса. В этот момент я готова была расплакаться.

— Они несолёные, солнышко.

— Спасибо, — выдохнула растроганная я, — а бластером зачем стреляли?

— Это он подогреть их для тебя хотел, — не удержался и сдал сородича Сунир.

Прижав коробку к себе, я подошла к рыжеволосому миранцу и, встав на цыпочки, поцеловала его в щеку.

— Это лучший подарок, — потом глянула на Демьяна и уточнила, — ну после ребёнка, конечно.

Мой марионер расплылся в улыбке.

До системы Оюта лететь оставалось три дня.

***

Пробки.

Вот скажи мне кто-нибудь когда-нибудь, что в открытом пусть и околопланетном космическом пространстве могут быть пробки, я не поверила бы. А тут уже четвертый день торчим в окружении таких же бедолаг, как и мы. И вот что просто удивительно, за три дня мы продвинулись в очереди с 213 аж до… 101.

И это мы ещё счастливчики, потому как за нами, прямо вплотную к нашему судёнышку, пристроился гигантский фрегат, перевозивший до десяти тысяч пассажиров. Я представляю, как плюются и какими ругательствами покрывают эту космическую громадину те, кому посчастливилось прилететь после этого фрегатика. Очередь-то на внутренней таможне Оюты общая, у всех равные права. Но как представлю, сколько времени у таможенников займет регистрация пассажиров фрегата, так дурно становится. В общем, мы намертво застряли в нескончаемой космической пробке.

Вот такие у нас были дела.

Мужчинам-то ладно, они забрались в грузовой отсек и дни напролёт перебирают свои железки. Как будто во время полёта они ими не наигрались. Только и бегали по лестнице вверх и вниз, демонстрируя друг другу всё новые особо «ценные» железки. А когда в очереди застряли, так и совсем потерялись где-то в недрах этого металлолома.

А мне туда к ним нельзя, потому как, цитируя Демьяна, там очень холодно и много опасных штук, об которые я могу пораниться. А тут в кабине в гордом одиночестве мне грозит только обморок от острого недостатка внимания любимого мужчины.

Посидев на лесенках, ведущих вниз, я тяжко вздохнула. Скукота. Хоть ревновать начинай к этим деталькам. Что они в них там нашли?! Железки и железки, местами даже ржавые. Одним словом - мужчины!

Поднявшись наверх, я уселась на место Демьяна и снова тяжко скучающе вздохнула.

Напакостить им, что ли тут, чтобы про меня не забывали. Вот как нажму сейчас кнопочки и пусть потом бегают вокруг меня. А может и быстрее в очереди пропустят, если поломку организую.

Подняв палец, я поводила им по пульту, грозясь тыкнуть куда не надо. Но, увы, мой здравый смысл вовремя дал мне пинка и цыкнул, чтобы ничего не трогала.

Тоска зеленая!!!

— Диспетчер вызывает 101-ого, — встрепенувшись, я глазами поискала динамик, откуда доносился данный голос, принадлежащий явно живому объекту. — Диспетчер вызывает 101-ого.

Растерявшись я не знала что и делать-то в таких ситуациях. Отвечать?! А что я им кажу?! Нет, нужно срочно звать мужчин.

— Демьян! – вскочила я с кресла и закричала в люк в полу. — Тут какой-то диспетчер вызывает, а я не знаю что делать.

Повторять не пришлось, мой мужчина появился откуда-то из-за кучи металлического хлама и быстренько забрался ко мне в кабину.

— Диспетчер вызывает 101-ого, — снова раздалось над пультом управления.

— 101-ый отвечает, — слегка раздражённо отозвался Демьян, усевшись на своё место и нажав какую-то клавишу.

— Вы обязаны пропустить вперёд фрегат, стоящий за вами, — ровным голосом сообщили нам. Услышав такое, я скуксилась и мешком опустилась на соседнее кресло. Кажется, мы в этой очереди состаримся и умрём.

— Чего ради я должен его пропускать? — ещё более раздражённо рыкнул Демьян.

— На его борту находится беременная женщина! — с толикой возмущения посвятил нас диспетчер. — Вы обязаны пропустить фрегат!