Шрифт:
– Деньги-то у мамочки не иссякли? – снасмешничал Гулевский.
Котька померк, поджал губы и в дальнейшем на вопросы об учебе отвечал в тон: числюсь.
– Черт тебя знает, Илья Викторович. – Стремянный озадаченно повел могучей шеей. – Разве так с собственным сыном можно? Знаешь хоть, что он три года как второй ВУЗ закончил?
– Наверняка опять дипломчик купленный.
Стремянный с ожесточением потер ежик.
– Вот и видно, что где-то дали необъятные провидишь, а где-то, будто крот слепой. Зациклился на том, что десять лет назад запомнил. Да и тогда-то!.. Ведь до сих пор не знаешь, что деньги те Котька для своей девочки занял – на срочную операцию. А потом подрабатывал, отдавал.
– Чего ж сам не сказал? – Гулевский смущенно наморщился.
– А как он тебе, зашоренному, скажет, если ты с ходу блажить начинал?! И вообще люди, знаешь, имеют свойство меняться. Котька твой серьезным парнем стал. Юрфак с красным дипломом закончил, на работе на хорошем счету, девчонка чудесная, со школы вместе. Бывшая твоя сожительство их не одобрила. Так ушел из дома. Квартирку снимают… Да что я тебе живописую? На вот, приглашение на свадьбу.
Он выудил из заднего кармана брюк примятый конверт, всунул Гулевскому.
– Женится твой сын!.. И вообще не дело это, когда отцу такие приглашения через чужих передают! – в сердцах бухнул он. – Как хошь, но не дело.
Гулевский озадаченно повертел приглашение.
– Ты-то откуда все знаешь?
– А он со мной охотно контачит! И знаешь, почему? – с вызовом произнес Стремянный. – Я ему о папеньке рассказываю. Должен же сын хоть от кого-то об отце узнавать!
– Конечно, должен. – Гулевский потрепал друга по литому плечу. – Может, и впрямь случаются чудеса. Завел парень семью, появилось, за кого отвечать. Повзрослел.
В самом деле: устоявшиеся представления Гулевского о сыне как о скользящем по жизни ловкаче, все менее сходились с тем, что узнавал в последнее время. Он шутливо подтолкнул смурного друга:
– Ладно. Не куксись. На свадьбе-то хоть гульнем как прежде?
– А то. – Стремянный приосанился. – Опять же девочки молоденькие будут. Я уж Котьку предупредил, чтоб свидетельницу под меня приискать. Такую, знаешь…
Он разыскал взглядом Маргариту.
– Или похожую…
– И как такого охламона Ольга терпит? – поддел Гулевский.
– Каков ни муж, а все оградка, – прибаутки выскакивали из Стремянного, будто пули из автомата Калашникова, – кучно и по месту.
– Потом она как врач должна понимать, – в моем возрасте вредно отказываться от старых привычек.
В вестибюле возникло оживление. Выскочившие уборщицы принялись энергично орудовать влажными швабрами, освежая паркет. Пробежал всполошный Видный.
– Опять что-то затевается, – забеспокоился Гулевский.
Стремянный поспешно залез в карман рубахи под джемпером.
– Вот еще что. На днях у нас Совет ветеранов состоялся.
Он выудил коробочку, из которой достал эмалированный «Знак почета ветеранов МВД».
– Старые сослуживцы поручили вручить. Это не всем такая честь. Каждая кандидатура обсуждалась до драки. У нас насчет того, кто достоин, строго. Собственно, с этим и шел…
Гулевский с надлежащим благолепием принял дар, раздвинул пятерню для благодарственного рукопожатия, но пожать руку не успел, – на них стремительно надвинулся раскрасневшийся Резун, успевший переодеться в парадный генеральский мундир.
– Настает пора истинных наград. – Он вскользь оценил значок на ладони Гулевского. – Замглавы администрации президента подъезжает. Решили-таки вручить не откладывая. Вот где честь-то. Пойдем, Илья Викторович, встречать.
Резун энергично ухватил Гулевского под локоть и повлек к центральному входу, возле которого Видный выстроил для инструктажа дежурный наряд. Гулевский со страдающим выражением на лице обернулся к товарищу.
Стремянный понимающе кивнул и двинулся к гардеробу, – еще со времен службы оказаться без нужды вблизи руководства считал скверной приметой.
Слух о приезде высокого лица уже просочился. Гостей из столовой переместили в Малый актовый зал, на вручение.
Видный, накинув шинель, выскочил встречать на улицу.
У входа началось шебуршение. Вбежал, оглядываясь назад и дыша паром, Видный. Перед «рамкой» шагнул в сторону и вытянулся.
Следом появилась рослая фигура заместителя министра внутренних дел. Движением кисти отодвинув Видного, он занял его место у рамки, и – будто сделался ниже ростом.
Возникший из пара худенький, раскрасневшийся человек, на ходу протирая запотевшие очки, стремительно, головой вперед, проскочил «рамку» и наверняка воткнулся бы в Резуна, если бы тот сноровисто не отступил в сторону.