– Сейчас это все уже не важно - и не важно, знают об этом остальные или нет, -продолжил он, так и не дождавшись от Кена ответа.
– Это теперь никого не волнует. Все знают, что ты гарантированно наш, что бы ты сейчас ни думал. Сам увидишь, когда захочешь новой дозы…

– Когда это будет?
– Тема оказалась достаточно интересной, чтобы вывести Кена из оцепенения.

– Дней через пять-шесть, у всех это идет немного по-разному. Но хочу тебя предупредить - не перечь Ладжу Драю. Никогда. Этот корабль и впрямь полностью у него в руках. А если он оставит тебя без тафака хотя бы на полчаса, у тебя начнется ломка - и этого состояния ты никогда не забудешь. Увы, мне так и не удалось рассеять его подозрения в том, что это я сказал тебе, где мы находимся.

Кен снова заговорил, на сей раз потрясенно:

– Ты? И ты тоже?…

– Тоже сижу на этой дряни? Именно. Они подсадили меня много лет назад, когда я начал догадываться, что же тут творится. Поначалу я даже не знал, где находится эта планетная система, но по работе мне приходилось иногда заказывать аппаратуру, а они не хотели, чтобы я начал трепать языком.

– Так ты поэтому и не стал говорить со мной, когда вышел из обсерватории, - сразу после того, как мы вернулись из пещер.

– Ты был там, когда я выходил? Я тебя не заметил. Да, ты прав.
– И без того мрачное лицо Фета потемнело при этом воспоминании. Он вновь замолчал. Кен тоже вернулся к своим собственным горьким мыслям, постепенно отливавшимся в твердую решимость. Некоторое время он колебался, стоит ли высказывать это вслух, но так и не увидел, как это может ему еще повредить.

– Может быть, тебе и не удается выйти из-под влияния этой штуки - здесь я ничего не могу сказать. Но сам я попытаюсь это сделать.

– Пытайся, конечно. Я тоже долго этим занимался.

– Хорошо, даже если я не смогу, пусть Драй не думает, что я буду производить для него эту проклятую гадость. Он может держать меня на ней, но он при этом не сможет заставить меня думать по приказу.

– Сможет, если ты попытаешься этого не делать. Не забывай, что я сказал тебе, - никакой бунт не стоит этого ада. Не знаю, получает ли он удовольствие от того, что держит наркомана без дозы, но делает он это без раздумий, если сочтет нужным. А жертва всегда считается виновной, пока не докажет обратного. На твоем месте, я бы сейчас занялся этими пещерами.

– Ты бы занялся. Но я-то вижу, что толку от этого не будет никакого.

Фет некоторое время молчал. Если он и обиделся на намек Кена, то ничем не выдал Свои чувства. Потом он произнес:

– Именно так это и делается. Ты не видишь ничего странного в том, что Драй за все семнадцать лет, что я пробыл у него, так и не продвинулся в исследовании Третьей планеты?

Кен удивленно воззрился на техника и сидел так почти минуту, пока его представления обо всем происходящем не изменились окончательно - и на этот раз, кажется, бесповоротно.

– Нет, - ответил он.
– Я совершенно не догадывался. Хотя должен был - мне ведь казались странными некоторые затруднения, возникавшие при исследовании планеты. Ты хочешь сказать, что это ты подстраивал все поломки в телевизионных трубках и все остальные неприятности?

– Что до трубок - то да. Это было просто - достаточно обеспечить небольшую деформацию в стекле перед запуском зонда.

– Но тебя же здесь не было в то время, когда пропадали самые первые зонды?

– Значит, это происходило без моего участия. И сигналы Радара, которые мы приняли, тоже вполне реальны. Я не знаю, действительно ли на голубых равнинах Третьей планеты живет враждебно настроенная раса, но кое-какие подтверждения этому есть. Пару раз у меня было искушение чуть-чуть нарушить антирадарное покрытие одного из зондов, чтобы они узнали о нашей деятельности, - но затем я забеспокоился, что из-за этого поставки тафака прекратятся полностью. Через несколько дней, я думаю, ты поймешь меня.

Кен понимающе кивнул, но затем неожиданно поднял голову, охваченный новой идеей:

– То есть поломка в посланном нами скафандре тоже случилась не сама собой?

– Боюсь, что нет.
– Фет слабо улыбнулся.
– Я прямо у тебя на глазах перетянул крепления на коленных, бедренных и локтевых соединениях. Они оказались сдавлены достаточно, чтобы начать выпускать воздух. Это, правда, только мои предположения - сам я ведь еще не видел скафандра после его возвращения. Я не хотел, чтобы ты получил возможность ходить по этой планете - тогда бы ты очень быстро мог дать этой банде массу ценной информации.

– Послушай, но ведь теперь это не так важно? Мы ведь можем найти какой-нибудь повод, чтобы повторить этот эксперимент?

– Зачем? Не собираешься же ты им помогать?

– Не собираюсь, но есть огромная разница между первым шансом поглядеть на планету и возможностью вывезти с нее живой тафак. Как ты думаешь, если произвести подобную высадку на Сарр, то с какой вероятностью исследователь обнаружит поблизости куст гри? И если обнаружит - то как остальные смогут узнать об этом без его желания?

– Ну, первое не столь надежно - вполне может оказаться, что этот тафак там распространен так же широко, как мекко, и очень трудно будет не заметить его. Правда, второе соображение мне нравится больше.
– Тут Фет улыбнулся - наверное, впервые с тех пор, как Кен с ним познакомился.
– Все-таки ты действительно ученый. Любой правительственный агент, занимающийся наркотиками, о планете бы и думать не стал. Я полагаю, что эксперимент действительно можно повторить с несколько большим успехом, хотя сам я бы не полез туда ни за что…