Надо бы помочь — сразу мысль в голове зародилась, ведь в город то я как раз и заявился трудоустраиваться. Права на вождение имел на ВСЁ что двигается, а если нет, то заставить двигаться я так же умел ВСЁ(знающие кто такой зампотех — поймут). Лучше сразу по специальности себя проявить, чем с грузчика в порту начинать, да блатно-революционной романтикой там пропитываться. Придётся соврать, что редких пока навыков в Митаве набрался, надеясь что проверять не станут болтологию, а сразу в деле посмотрят. Я ведь ещё и на машинке шить умею!

Пока планировал и махинировал, доктор с обходом явился, да не один, а с только что вернувшимся из Данцинга сыном, правда не медиком. Фридрих, папин бизнес наследовать не пожелал и на механикуса у немцев обучался. Окончив в Риге реальное училище, попал он под замес первой революции и Политех в городе закрыли, вот и спровадил папа чадо от греха. С вернувшимся спокойствием вернулся под отчий кров и юноша бледный со взором горящим. И тут учится возможно стало, питаясь при этом более калорийно. Хотя несколько лет смута из жизни будущего гения уже украла, но то ли ещё будет!

Кстати и папу, а теперь можно сказать что меня, она обожгла похлеще, рано осиротив. Ведь обитали мы в избушке при небольшой усадьбе жившего службой барона. Пребывая буквально в "кухаркиных детях", хоть родитель мой все же смог дать чаду недешёвое образование. Тут помимо стольника в год за обучение, требовалось форму из шевиота справить, а шинель вовсе из "офицерского" драпа построить, и пансион оплатить как иногороднему — за три десятка верст я только на выходные марш-броски устраивал, ради горячей краюхи хлеба, что мама пекла господам(и нам выходило — не голодали). Платил за меня барон, они с отцом когда то в одном полку служили, вернее в корпусе пограничной стражи. Унтер боевой, его благородие во время перестрелки с контрабандистами от смерти спас, крестика за это от царя удостоившись и благодарности спасённого.

А как выслужил свой срок, то отвез барон проверенного человека в своё родовое гнездо быть ответственным за всё, но за расторопность посулив меня на ноги поставить. Сам же дальше служить уехал на повышение, аж на Дальний Восток. Но там вскоре война с японцами вышла, а следом и у нас смута началась. Хотя опытный прикордонник бывшим не бывает и к пакостям всегда готов был. Только владелец ближнего крога шепнул, что завелся паскудник на "экс" народ подбивающий, перевел старый солдат мызу на военное положение. Имелось в доме ружье охотничье, да пара дуэльных монстров — всё не с вилами в атаку и криками "Ура!". Стали дежурить по очереди — из окон мансарды подходы хорошо просматривались, а ночи летом тут светлые. В смену, что выпала на нас с дочкой хозяйской — моей ровесницей Антонией-Альбертой(просто Бертой наедине если) и подкрались "революционеры". Один с оцинкованной канной был, в которые евреи в лавках керосин для ламп отпускают, вот и принялся он стенку из этой ёмкости обливать. Тут то мы с девочкой на пару из пистолетов в него и пальнули, пока тот спички доставал. Злодей упал, а прочие убежали, обе наши пули потом из трупа извлекли — никто не промазал, и никто после мораликами не маялся, или нас, или мы.

Но как всё забылось уже, через годы, и нас "сделали". Я уже в выпускном классе доучивался, когда получил весть о том что наша изба сгорела, а в ней и спящие родители. Дверь подпёрта снаружи была, господский дом на сей раз поджигать побоялись. На похороны в гимназии отпустили — странно выглядели маленькие(как детские) и очень лёгкие гробики отца с матерью. Как выпускные экзамены сдал, то во вновь срубленной избе уже другая прислуга жила, да и образование ведь получил — контракт исполнен. Более того, господин барон даже рекомендательное письмо знакомому в Риге написал, тот в управе служил и помочь с работой мог — ценз ведь я проходил. Да ещё на прощанье аж "катей" пожаловал, а Берта, выбрав момент, в щёчку чмокнула. Хорошая она девчонка, не даром же женился на ней когда нас в лихую годину вновь судьба свела.

Непременно и в этом варианте жизни так выйти обязано, ведь на слепой случай я более не полагаюсь — сам брать привык, не ленись только за фартом нагибаться и собирай его как грибы. Вот и нынче, не спроста Её Величество Судьба меня с Фрицем Цандером свела, ведь это он у немцев вирус авиа-заболевания подхватил, и сходу соседа-директора заразил смертельно(сгорит он на работе БУКВАЛЬНО). На столько, что профиль своего предприятия сменить решится и вместо трансмиссий начтнёт прекрасные авиадвигатели "Калеп"(даже "Гном" превосходящие) производить, и самолёты попытается строить. Уже в следующем году для копирования в Германии аэроплан за огромные деньги купив. Только этот биплан "Райт", на первом же полёте, в конце мая 1910 года грабанётся. Поймёт тогда инженер, что своим умом жить надо — ведь их есть(у меня например!). Тем более, что в начале июня того же 1910, Государь со свитой на "Штандарте" приплывёт — памятник предку — Петру 1-му открывать. Удачный момент демонстрационный полёт устроить и субсидии получить, хоть военного ведомства, хоть морского. Гидросамолёт с фанеры склеить — так же хитрость не большая, летать может даже гордая птица ёжик, если пнуть хорошо. Но времени на все про всё меньше года осталось! И это в стране, где подводники попросив у Министра купить им во Франции свечи запальные, услышат пожелание стеариновыми обходиться, местной выработки. Немедленно потребно заказывать там не только свечи, но и "Гном" целиком, иначе к срокам не уложимся. Уж планер я на месте "из того что было" слеплю — опыт есть, да и знания как рассчёты проводить. Ах да! Для этого ещё требуется из за бугра и линейку логорифмическую заказать — даже такая мелочь в стране не производится. Ох как попотеть придётся, для того что бы космические корабли забороздили сцену Большого театра.

Доктор только диву давался, видя как его в Фатерлянде выученный, умненький сынок, внимает речам пацана из провинции. И резонно вопросил, откель у меня столь глубокие познания в совершенно новой сфере жизни. Проездом бывал он в Митаве, и вывод сделал, что в этом еврейском местечке вряд ли учат на аэронавтов да астронавтов. Никогда ещё не был Штирлиц так близок к провалу! Но мы не привыкли отступать и врать коль надо, будем врать! Тем более всплыло в памяти несколько читанных в ТОМ мире статеек. Одна и вовсе в тему — земляком оказался конструктор и испытатель первых планеров Отто Лиленталь. Он даже до 260 метров смог вознестись, а затем естественно разбился. И случилось это в год моего рождения — 1896, а все записи и рассчёты свои мне в подарок завещал, в гроб сходя. Мол с отцом большую дружбу водил, да вот беда, все рукописи сгорели при пожаре. Но знания, до того я на свой головной магнитный диск перенёс, РУКОПИСИ НЕ ГОРЯТ! А вот головы… — так что слушайте и повинуйтесь!(разрешаю и конспектировать).

Доктор, как человек продвинутый и разносторонний, про психов любил почитывать, но вот его любимый сынок столь же одержим был, а с ума скопом не сходят, это только гриппом… Да и полиграф ещё не изобретён. Так что Харя Кришна! В нашем случае Отто, а я лишь пророк его! Доктор удалился по английски, оставив сына внимать мудрость авиа-Моисея(или Магомеда?). Но тут же лекарь протелефонировал на "Мотор", а Калеп приехал через 10 минут. Вечер перестал быть томным и перерос в вечерю, а затем в ночной мозговой штурм, и по каждому пункту составленной программы-минимум стоял срок исполнения "Вчера!".