— Опубликовать досье? Я сделал все, что смог, чтобы сохранить тайну, даже сходил к Эдисону и пообещал поддержку кампании в обмен на то, чтобы он не говорил о тебе, пытаясь манипулировать тобой.

— Ты так сделал? — проговорила Рива, поднимая на него удивленный взгляд.

— Да, хотя и знал, что Эдисон будет соблюдать соглашение лишь до тех пор, пока эта информация не понадобится ему для спасения своей шкуры.

— Я все еще не понимаю, — покачала она головой.

— Правда? Я хотел, чтобы ты была здесь. Я хотел быть уверен, что ничто не заставит тебя покинуть этот дом, никогда. Достаточно ясно?

— Но ценой половины всего, что по праву твое?

Он взял у нее досье и положил его на конторку.

— Это не было важно годы назад, не важно и сейчас. Отец был счастлив с тобой, ты оживила этот дом. Я боялся, что если ты узнаешь, что свободна, то уедешь, особенно в последнее время. А этого я меньше всего хотел.

— Но много лет назад Космо сказал, что я обманула тебя, чтобы настроить против тебя отца.

— Ты была для меня важнее всякого дома, каким бы старым и известным он ни был, важнее всех акций корпорации.

— И поэтому ты сделал красивый жест?..

— Нет же, Боже мой! Все совсем не так!

Она улыбнулась его пылу.

— Это утверждение Констанции, а не мое. Но как бы то ни было, ты оставил все это, и оставил мне.

— Так хотел отец.

Это было так, и она это знала, но не менее хорошо она знала, что главная причина была не в этом.

— Я не могу в это поверить.

У него задрожала челюсть.

— Ну как мне убедить тебя? Что мне сказать? Как я могу сделать, чтобы ты поняла, что я хочу быть постоянно с тобой, чтобы ты была со мной в Бон Ви и в «Сто-лет корпорейшн».

— Занять место отца.

В глазах его была дерзость, когда он ответил:

— Занять свое, которое я уступил ему годы назад.

— Из любви?

— Из любви, — согласился он, — а также из уважения и сочувствия и потому, что он заслужил твою любовь, а я нет.

— Я думала, ты презираешь меня, потому что я защищала Эдисона. Откуда же эта перемена?

— Я слышал то, что ты говорила перед камерами, и понял, как ошибался. Ты защищала Маргарет, пытаясь уберечь ее от того, чтобы она разрушила свою жизнь. В этом был смысл, ведь я знал, какую жертву ты принесла ради Эрин.

— Милый, наконец, возможно, самый болезненный вопрос. Ты не возражаешь против Эрин? Против того, что у меня дочь?

— Как я могу возражать, когда у меня самого дети? К тому же Эрин дорога мне тем, что напоминает тебя.

У нее перехватило дыхание и слезы выступили на глазах.

— Как великолепно, — с трудом проговорила она. — Думаю, мне надо чем-нибудь отплатить тебе за это.

— Нет. — Голос его вдруг стал усталым, и в серых глазах появилась беззащитность. — Нет, я не хочу милости или жертвы не больше, чем ты.

Рива шагнула к нему и заключила его в свои объятия.

— Ну а дар ты примешь? — тихо спросила она. — Дар любви, которая всегда была твоей?

Он прижал ее крепче, но держал нерешительно, словно боясь, что она вновь отпрянет.

— Всегда? — прошептал он ей в ухо.

— Да, это я тебе обещаю, — радостно проговорила она.

В глазах его светилась такая глубокая и огромная любовь, что она почти граничила с болью. Как это она выдохнула:

— Всегда!

Поместье и его обстановка в романе — отражение нескольких знаменитых в Луизиане домов и местностей. Фасад и величественная аллея дубов заимствованы у дома, который в дни его расцвета был известен как Бон Сежур, хотя в настоящее время он, несомненно, легко узнаваем как Оук Эли. Интерьер описан по плану дома, известного как Анкл Сэм, разрушенного в 1940 году американскими саперными частями для укрепления системы дамб на Миссисипи. Идея храма посреди живописного прудика пришла от беседки с Буддой, расположенной на Эйвери-Айленд во владениях семейства Мак-Илхегт, знаменитого соусами «Табаско». Воссоздать эти места в литературном вымысле было необычайно приятно.

Я благодарна множеству людей за особые сведения, использованные в этом романе: Джимми С. Титу, адвокату, Джонсборо, штат Луизиана, за разъяснение местных законов относительно двоеженства; Стивену Уотсу, офицеру по борьбе с наркотиками в отделе при шерифе Джексонского прихода, за быструю помощь информацией о наркотических средствах и процедуре в приходской полиции; Джерому Фашо за информацию относительно злачных мест и предпочтительных автомобилей в Новом Орлеане; Скотту Вудворду, пилоту из «Юнайтед Стейтс Кастом Эйдженси», за рекомендации для частного самолета и о возможностях аварии; Самуэлю Лампкину из того же шерифского отдела и Теду и Кей Колвин из «Джексон Индепендент», Джонсборо, штат Луизиана, за помощь и советы относительно эффективного использования автоматического оружия, и особенно моему мужу, Джерри Максвелу, за советы по делам корпорации и ценные издательские советы и дружескую поддержку. Моя благодарность им столь же бесконечна, как и мои вопросы.