– Даже не подумаю, маленькая мисс, – хриплый голос прозвучал зло. – Пока не протрезвеешь – не отпущу.

Я было открыла рот, чтобы ответить что-то на это, но тут же получила новую порцию воды в лицо. Ладно. Ладно! Я реально оценивала свои силы, и что из борцовского захвата мне не выбраться. А значит, осталось смириться и покориться обстоятельствам.

– Очухалась? – через некоторое время, отпустив меня и даже посадив на лавку, спросил Вадим.

Кивнула, мрачно уставившись на свои руки. Стыдно-то как… Нет, протрезветь полностью я не успела, однако мозг включился и теперь пашет исправно, то и дело подкидывая картинки из того, что я творила.

– Мне кажется, ты не перестанешь меня удивлять, – нахмурился он. – Даже не знаю, как быть теперь дальше.

– А как быть? – спросила я, украдкой бросая взгляд на мужчину и тут же обратно, на свои руки.

– Может, жить? – предположил Вадим. – Тебя что-то гложет?

– Не страшно, – покачала головой я. – Это прошлое, я с ним научилась жить.

– Не надо жить с ним, надо отпустить. Напиши письмо. Кому угодно, хоть самой себе. Все-все мысли изложи на бумаге. А потом сожги. И пепел развей по ветру.

– И как? Помогает? – спросила я, как-то безошибочно ощутив, что этот злюка, хотя бы раз, но проворачивал такое.

– А вот ты мне потом об этом и расскажешь, – рассмеялся Вадим. – Идем, я провожу тебя в уборную. Впереди еще аукцион, который ты чуть не сорвала своими плясками на барной стойке. И я намерен побороться сразу за два лота.

Я покраснела, догадавшись, что имеет ввиду мужчина. Какие именно лоты.

– Не стоит, – улыбнулась. – Танец я и так могу тебе подарить. Бесплатно. За то, что помог прийти в себя.

– Договорились, – похлопал меня по плечу Вадим. – Но я все же повоюю. Азартен, каюсь.

– Было бы с кем, – пошутила я.

– Поверь, после феерии, что ты устроила, желающих отбоя не будет.

Поплутав немного по темным аллеям, мы вышли к маленькому домику. Я удивленно посмотрела по сторонам, пытаясь понять, в какой части базы отдыха мы вообще находимся, но мой топографический кретинизм в очередной раз сыграл со мной злую шутку.

Вадим коротко постучал в дверь, и прислушался к шорохам, раздающимся изнутри.

– Сейчас откроют, – кивнул он, даже не поворачиваясь ко мне.

И действительно, спустя несколько секунд дверь распахнулась. На пороге стояла приятная женщина, лет сорока – сорока пяти. Увидев Вадима, она было открыла рот, но тот, видимо, подал ей какой-то жест, после чего она коротко кивнула и перевела на меня взгляд.

– Поможешь прекрасной леди привести себя в порядок? – спросил Вадим, наконец-то поворачиваясь ко мне. – Проходи. Это Галина Петровна. Прекрасная леди, которая воистину творит чудеса, в чем ты сейчас, собственно говоря, убедишься, – улыбнулся он и снова посмотрел на женщину. – Я тут подожду, хорошо?

– Ой, ну скажешь тоже, Вадюша, – засияла Галина Петровна. – Может на кухоньке чаю выпьешь? Пока мы с… – она растерянно посмотрела на меня, и я тихонько прошептала свое имя. – Танечкой наведем марафет.

– Нет, я к тебе лучше перед сном загляну, – вернул улыбку Вадим, и решительным шагом направился в сторону неприметной беседки, которая находилась чуть поодаль.

Я не успела опомниться, как оказалась буквально затянута внутрь домика. Подгоняемая легкими похлопываниями по спине, дошла до комнатки – хозяйской спальни, судя по интерьеру.

– Сейчас сиди и не двигайся, я быстро просушу твои волосы и постараюсь вернуть им былую укладку. А потом поправим макияж. Как в лучших салонах красоты мира я тебе не обещаю, но и мои руки на кое-что еще годятся, – щебетала Галина Петровна, порхая вокруг меня, притихшей. – М-да… А платье совсем испорчено. Пятна и разводы от воды, да еще и тушь растеклась. Тебя Вадюша умывал?

Я кивнула, опустив голову, пока женщина колдовала над моими волосами. Действительно, Лика не поскупилась на макияж. Намазала щедро, от души. Да так, что, когда Вадим елозил по моему лицу своей лапищей, вода, смешанная со смытой косметикой, попала и на платье.

– Может, не стоит это все? – спросила я, тяжел вздохнув. – Все равно в таком платье я никуда не пойду…

– Стоит, – перебила меня Галина Петровна. – Сейчас подберем тебе что-то из гардероба моей дочери… – она на мгновение умолкла, после чего принялась тараторить с удвоенной скоростью. – У вас один размер. Она такая же была – миниатюрная, хрупкая, словно хрустальная ваза. Мне даже казалось, что дотронусь до нее и все, она рассыплется… Подними-ка голову, посмотри на меня.

Ватным тампоном, смоченным в каком-то отваре, Галина Петровна хорошенько протерла кожу, смывая остатки косметики, вернее, разводов от нее. А потом ее руки запорхали вокруг, то и дело меняя кисточки, щеточки, спонжи… Я не успевала уследить за ее действиями, и после очередной попытки плюнула на это дело и закрыла глаза.