— Не смей этого делать! — сердито бросила агент КОСПа, все еще продолжая тянуться к оружию в руках собеседницы — Ты же видела какие они жестокие твари. С чего ты вязла, что они не прикончат тебя и всех остальных, как только получат свою Константу?

— У нас нет другого выбора, придется им довериться — брюнетка осторожно опустила подругу на пол и громко произнесла — Хорошо я сдаюсь, но обещайте, что не тронете мою напарницу.

— Конечно — удовлетворенно произнес Рем, расправляя свои огромные руки в приветственном жесте — Выходи и я обещаю — никто больше не пострадает.

Собравшись с духом, девушка осторожно поднялась на ноги, но не успела она сделать и пары шагов, как Ника, откуда только у той взялись силы, резко дернула Карну за ногу и, повалив на пол, выхватила из ее дрожащих рук элеум. Пока ее напарница не успела опомниться, агент КОСПа, переключив оружие в режим детонирования, быстро перевернулась на живот и высунула руку в коридор, стреляя из пушки и крича при этом, словно сумасшедшая. Секундой спустя, она развернулась в противоположную сторону и, в яростном желании отомстить за погибшую напарницу, принялась палить по Шину, вопя что есть сил:

— Это тебе за Аишу, тварь! — еще через секунду, когда Легионеры Фемиды разрозненно капитулировали от окна, она снова стала стрелять в коридор, постоянно повторяя — Беги, ну беги же! Я прикрою! Давай!

— Прошу, прекрати! Мне некуда бежать! Везде их люди — отчаянно крича и хватаясь за голову, но в то же время благодарно глядя на свою неудавшуюся спасительницу, взмолилась Карна, с трудом перекрикивая творящееся вокруг безумие — Дай мне сдаться и тогда…

Не смотря на все попытки девушек защититься, Рем и Иля все же каким-то образом умудрились проскользнуть мимо взрывающихся зарядов и оказаться в комнате рядом с обезумевшей от боли и горя Никой. Подруги даже не успели сообразить, что происходит. Злобно оскалившись и рыча, словно бойцовский пес, мужчина набросился на агента КОСПа, а его напарница, подбежав к Карне со спины, сжала бедолагу железной хваткой в своих крепких жилистых руках, потихоньку таща пленницу в сторону двери, пока та беспомощно трепыхалась в ее объятьях.

— Глупая беспомощная пташка — прошипел тем временем Рем, хватая практически безжизненную Нику своей кибернетической рукой и поднимая ее в воздух, словно пушинку — Настало время расправить крылья — с наслаждением протяжно произнес он, с неподдельным интересом разглядывая свою жертву.

— Иди к черту, мразь — ехидно скалясь, прошипела, выплевывая на него соленые кровавые сгустки крови, побежденная пленница — Я не боюсь ни тебя, ни твоих искусственных штучек, бездушная тупая тварь. Ты и без своих железяк человек лишь на половину!

— О, наивная деточка, ты полагаешь меня это как-то обижает? — с сожалением отметил здоровяк, почти нежно погладив ее свободной рукой по голове — Должен тебя разочаровать, но меня уже давно не впечатляют подобные высказывания, да и слова твои меркнут в сравнении с теми, что мне приходилось слышать в свой адрес в родной вселенной — он протянул руку со свей жертвой в пробитый насквозь снарядами оконный проем и мелко затряс ее, заставив ноги несчастной марионетки бесконтрольно бултыхаться в воздухе.

— Не смей этого делать — прикрикнула на него Иля, находясь уже практически в коридоре — Мы получили то, зачем приходили. Оставь девушку в покое. Она и без того еле дышит.

— Тем более, зачем заставлять ее мучиться — выплюнул Рем в ответ, нисколько не смущаясь под укоризненным взглядом напарницы — Сделаем ей одолжение и позволим покинуть этот мир без лишней боли. К тому же она так вкусно пахнет, что ее запах отвлекает меня от дела с того самого момента, как мы встретились впервые.

Легко притянув к своему лицу агента КОСПа, здоровяк с наслаждением втянул ее запах, а затем, замахнувшись несчастной пленницей, словно тряпичной куклой, собрался уже было швырнуть ее как можно дальше от окна. Но в тот самый момент, когда он окончательно разжал свой кулак, она, находясь уже в свободном падении, показала ему средний палец и, грубо бросив напоследок:

— Вот тебе на прощание подарочек, тварь! — выстрелила из все еще находящегося в ее руках элеума в последний раз.

Раздался оглушительный взрыв. Рема и всех, кто находился по эту сторону комнаты волной отбросило к стене, а Ника, расслабленно расправив руки и закрыв глаза, отправилась в свой последний полет, чтобы упокоиться навсегда.

***

Не помня себя, не ощущая горя, ни замечая печали или утраты, а лишь чувствуя глубокое безразличие ко всему происходящему вокруг и бесконечную пустоту где-то в своей груди, Алес, дрожа всем телом, поднялся с дивана и уставился не видящим взором на осколки разбитого в дребезги ударопрочного стекла, казавшегося когда-то надежным и совершенно неприступным. Интуитивно он отправил запрос на пробук начальника и в то же мгновение услышал его взволнованный надорванный голос:

— Я слушаю, докладывай.

— Мне жаль, но они забрали лишь Карну. У всех остальных не было шансов выжить, в том числе и у Ники. Подробности можно узнать из файлов программы контроля за помещением квартиры Златы — кратко произнес он безжизненным тоном и тут же отключился, слыша напоследок лишь тяжелое учащенное дыхание директора ВНСПБ.

Алес решил, что нужно дать как себе, так и Нату хотя бы немного времени, чтобы каждый из них в полной мере смог осознать, что потерял — верного друга, надежную опору, правду, сказанную в глаза, поддержку и чистую, безграничную любовь. Они оба никогда должным образом не ценили того, что имели, а теперь, когда уже было слишком поздно и Ники не стало, им нужно было как-то принять случившееся и суметь привыкнуть к той боли и вине, что теперь занозой будет сидеть в их беспокойных сердцах до конца жизни, тесно шагая рядом с ними бок о бок каждую секунду.