— Гип-гип-гип ура «Моргану»! «Morgan» for ever! note 13 Ура-а-а! «Morgan» for ever!

— Они кричат «Morgan»!.. — изумился Тотор. — Но ведь так называется твой корабль!

— Это он и есть!

— Я думал, он в Америке!

— Прибыл оттуда… к твоим услугам!

— Значит, корабль, который не знает себе равных, принадлежит тебе! Ты его владелец, хозяин, адмирал!

— Он принадлежит мне, тебе, моей сестре Нелли, нам троим. Можем плыть куда захочется… По-американски!

— С ума сойду!

— Ну зачем же!

— Неужели все это всерьез?

— Вполне!

— Но я не попрощался с твоими родителями!

— Считай, что попрощался.

— И даже не предупредил своих в Париже.

— Я отправил им длинную телеграмму.

— А ответ?

— Думаю, он уже ждет нас. Вот, пожалуйста.

Свежевыбритый стюард note 14 в белых перчатках и безупречном черном костюме принес на серебряном подносе телеграмму.

«Тотору, яхта „Морган“, Сидней, Австралия, — прочитал парижанин. — Сынок, приятного путешествия. Поклон семье Стоун. Нежно целуем, мама и я, Фрике».

Тотор нашел руку товарища и крепко сжал ее. Он улыбался, а глаза его подернулись влагой.

— Знаешь, ты самый лучший друг на свете!.. Потрясающе все придумал!.. От всего сердца спасибо! Получается, что отец и мама в четырех тысячах лье note 15 отсюда знали о моем отплытии, а я сам и не догадывался.

— Это сюрприз.

— Сногсшибательный сюрприз… но объясни же все по порядку.

— Мистер Тотор, — с улыбкой произнесла девушка, — берегитесь! Сейчас мой брат произнесет речь… вы ведь знаете, американец в любую минуту готов обрушить на собеседника поток красноречия…

— Ну и хорошо, мисс Нелли! Пусть ораторствует сколько хочет.

— Сначала присядем.

Все трое уселись в кресла-качалки под тентом. Яхта медленно скользила по огромной бухте Порт-Джексон.

— Так вот, — начал Гарри, — мой отец, мистер Стоун, король шерсти, за услуги, которые ты мне оказал и которые я считаю неисчислимыми…

— Ну уж, неисчислимыми.

— Именно. Итак, Стоун-старший решил в благодарность дать тебе возможность закончить кругосветное путешествие — вот «Морган» и прибыл из Сан-Франциско в Сидней.

Что касается дорожных расходов, мой замечательный батюшка буквально набил трюмы… долларами! На яхте их триста тысяч наличными.

— Черт побери! Полтора миллиона франков! Какой у тебя щедрый предок! Такого отца не заменит и сотня дядюшек из Америки…

— А так как без доллара не обойтись ни на войне, ни в путешествии, папа расщедрился настолько, что к горе золота добавил толстую чековую книжку, открыв мне неограниченный кредит в банках обоих полушарий, и при этом сказал: «Тотор, которого я люблю как сына, сделал из тебя мужчину, не покидай же его ни на минуту, будь щедр, мы перед ним в неоплатном долгу». К концу сборов сестра заявила, что тоже хочет отправиться в плаванье. Отказать ей было невозможно. Отец решил, что в наше путешествие Нелли привнесет очарование женственности.

— И мы втроем пустились в плавание… как миллиардеры!

— Ну вот, дорогой Тотор, и все объяснение. Не обижаешься, что тебя похитили?

— Меринос! note 16 Ты замечательный, выдающийся американец, хотя нос у тебя вроде никуда не выдается. Ты мне как брат!

— Да, как брат, дорогой Тотор. А теперь, позволь, я познакомлю тебя с «Морганом» и командой: восемьсот тонн водоизмещения, двигатель в тысячу двести лошадиных сил, оснастка — как у трехмачтовой шхуны… Шутя делает шестнадцать — восемнадцать узлов… note 17 бесподобен на парусах… сам все увидишь. Двадцать отборных матросов и восемь человек в машинном отделении, судовой механик и доктор, если вдруг кто-то вздумает захворать… Капитан — лучший во всем американском флоте. К нашим услугам два повара, два стюарда и горничная для сестры. Полные трюмы угля и провизии, две пушки, два пулемета «максим», пятьдесят винчестеров note 18 , сто кольтов note 19 , много топоров, пик, сабель, тесаков… все это на случай встречи с пиратами. И дюжина охотничьих ружей… А еще одежда, книги, музыкальные инструменты, лекарства, фотоаппараты, палатки, упряжь, если взбредет в голову покататься на лошадях во время стоянки… Ну, дорогой Тотор, что скажешь?

— Скажу, что мы путешествуем по-королевски! Я готов молиться на твоего отца. Только… черт!

— What? note 20 Что-нибудь омрачает картину?

— Назовем это волоском в супе!

— Что-то не нравится?

— Да нет! Только… не смейся… Я просто подумал, что мы отплываем тринадцатого… Вот и все.

Гарри и его сестра не удержались от улыбки.

— Как, мистер Тотор, вы боитесь числа тринадцать? — укоризненно покачала головой девушка. — А еще говорят об отваге французов. Неужто вы суеверны?

— Да ничуть! Но все же… Не случайно у всех транспортных компаний Старого Света каждого тринадцатого сборы летят вниз, словно турецкие ценные бумаги. Тринадцатого в путь не отправляются.

Мисс Нелли не выдержала и рассмеялась — словно колокольчик зазвенел.

— Как странно! А у нас, в Америке, все начинается с тринадцатого! Америка была открыта тринадцатого октября тысяча четыреста девяносто второго года…

— Действительно, от этого ей хуже не стало.

— О, это еще не все. Наша республика первоначально состояла из тринадцати штатов, и на ее первом флаге насчитывалось тринадцать звезд и тринадцать полос… Ее девиз — Е pluribus unum note 21 имеет тринадцать букв. Голова статуи Свободы украшена тринадцатью звездами. Американский орел сжимает в когтях тринадцать молний и оливковую ветвь с тринадцатью листьями. На его груди щит с тринадцатью лучами, а в каждом крыле тринадцать перьев. И, как видите, такая сверхнасыщенность числом тринадцать не мешает нашей замечательной стране занимать подобающее ей место в мире!