В гостиной меня ожидали. Лис и Томи развалились в креслах на против камина и потягивали коньяк. Отпустив Дана, подошла к друзьям.

— Здравствуй малышка, мы вернулись.

Я сидела в кресле, уступленном Томи, и пыталась собрать мысли в кучку. Лис смотрел на меня внимательно, подмечая усталый вид, подросший живот и панику в глазах.

— Может мы пойдём, а ты ляжешь спать? Тебе необходим отдых.

Я отрицательно покачала головой, признаваясь не только им, но и себе:

— Я боюсь. — судорожно сжала ножку бокала и посмотрела на Лиса. — Я знаю, что лягу спать и день начнётся не простительно быстро. И надо будет снова улыбаться людям, к которым не испытываешь ничего кроме раздражения, смотреть в лживые глаза министра экономики. Я боюсь наделать ошибок, за которые расплачиваться будут в первую очередь простые жители. Боюсь, что аристократы не примут меня и начнётся война. Но и подстраиваться не вижу смысла.

Томи сжал мою руку, поддерживая. Благодарно улыбнувшись ему, продолжила:

— Я не была готова к таким переменам. Ещё и память отказались возвращать. Вроде и правильно, не следует оглядываться на королевское воспитание и обучение, если надо немного изменить мир. Но мне кажется, что я делаю вечно что-то не правильное, что-то не то. А с чего начать не знаю. И никто не поможет, так как изменения не понравятся никому. Это сейчас, пока я только минимально влезла в политику. Но даже минимальность может вылезти боком. Особенно решение судить самостоятельно, с помощью дара.

Лис и Томи непонимающе переглянулись. Точно, они же ничего не знают. Следующие пол часа я описывала прошедшие события. Мужчины слушали внимательно, задавая вопросы, уточняя, казалось бы самые незначительные моменты. После моего рассказа, первым заговорил Томи:

— Значит наши боги обычные ученики, которые в наказание должны находиться здесь? — я кивнула, а он продолжил. — Так это же отлично! Есть самое быстрое решение проблемы с аристократией. Устрой приём, и на нём расскажешь о изменениях, подкрепляя законами. Только пусть это будут не твои лично задумки, а желание богов. Они же и подтвердят твоё право судить.

— А что, сейчас я судить не могу? Королева всё таки, а не шавка подзаборная.

— Можешь. Но местная аристократия в праве настаивать на казни или помиловании, что может идти в разрез с твоим решением. Также есть негласное правило, что осудить может и семья, без привлечения внимания правящей семьи. Удобно, знаешь ли. Исчезновение неугодного бастарда, или прикрытие любимой дочки, которая нарушила не один закон. А простых жителей и вовсе судят сами. Избавляясь от неугодных или наоборот привечая на свою сторону.

Я со стоном опустила голову.

— Теперь вы понимаете? Я же ни сном, ни духом о таком правиле. А сколько ещё есть таких законов? Уверенна, что множество! Лис, будешь моим советником?

Лис рассмеялся:

— Советником? И чем же занимается этот человек?

— Советы даёт. — буркнула я, обиженно. Я ему тут должность предлагаю, а он ржёт. — Будешь сидеть рядом со мной и разжевывать мне информацию. И посоветуй мне наконец, что с министром делать?

— Уволить, что ещё. Вон, Томи на его место поставь. Он за время, проведённое в Лоурсоне очень многое узнал. И вообще, не переживай, со всем справимся. По крайней мере одну проблему ты решила сама, хотя вот такая дармовая помощь не всегда хороша. А с остальным разберёмся. Завтра представишь меня и Томи на завтраке, и спокойно уйдёшь на ярмарку. Мы пойдём, а ты спать. Уже поздно.

Лис встал и кивнув Томи пошёл в сторону двери, но на выходе оглянулся:

— И Лиса, если ты хочешь выкинуть всех лишних из дворца, сделай это. Это твой дом, и только ты в праве распоряжаться здесь.

Я улыбнулась и кивнула. Он прав. Во всём. Я загнала себя в какие-то рамки, абсолютно мне не нужные. Пора выбираться. Отставив бокал с соком, направилась в ванную. Сейчас тёплая ванна с огромным слоем пены и крепкий сон, а завтра новый день, который принесёт новые знания и новый опыт.

.

Утро началось с Картена. Он, не обращая внимание на угрозы Марка, пытался дорваться до меня. Накинув халат, поспешила вмешаться в разгорающийся конфликт. Без секретаря сейчас не выжить. Открыв дверь, махнула охране и посмотрела на парня. Он был немного напуган, но в глазах решимость:

— Это правда? Правда, что вы хотите помочь селянам?

Я молча шагнула в сторону, запуская секретаря в гостиную и Мару, только что прибежавшую.