При известии о смерти своего возлюбленного Агнесс три дня билась в истерике, а затем, улучшив момент, бросилась со скалы, в том же месте, что и ее мать. Алан, приехавший на следующий день, очень переживал ее гибель, в конце концов, Десмонд в приказном порядке отправил его вновь на север. К весне Алан женился на вдове Магнуса, тем самым закрепив верность Севера герцогу.

— А сам герцог? — спросила я с замиранием сердца.

— Увидишь, — загадочно бросила Вивиан, мои руки затряслись. Я с ужасом посмотрела на нее, чувствуя, что не могу вздохнуть. От страха все внутренности сжались в тугой болезненный комок, перед глазами заплясали белые пятна. Зачем я только вернулась сюда! Быть здесь, видеть его каждый день, с другой женщиной. Смотреть, как он улыбается ей, как сидит с ней рядом во время пира…

— Айрин, Айрин, — знахарка склонилась надо мной, на ее лице была написана тревога.

— Вивиан… — я пыталась набраться решительности, — Я не поеду туда.

— Что за глупости! Ты вернулась, чтобы сидеть здесь за моим столом? Поехали, нам пора!

Прекрасно зная, что от нее больше ничего не добьешься, я послушно поднялась и направилась к сараю, где у Вивиан стояли лошади. Ее рыжую кобылу я узнала сразу, а вот второй, гнедой жеребец… при виде меня он недоверчиво заржал.

— Милый! — я кинулась к нему. Он недоверчиво фыркнул, затем ласково ткнулся бархатными губами мне в руку, — Откуда он у тебя?

— Десмонд отдал, пока слухи не улягутся.

— До сих пор не улеглись? — ужаснулась я.

— Улеглись, конечно, но… — она оборвала себя на полуслове, — Поехали?

Вот и еще одно доказательство, он не хочет воспоминаний. Я обреченно кивнула головой. Гнедой подо мной нетерпеливо рвался вперед, и я пустила его рысью. Вереск мерно пружинил под копытами, воздух был пропитан холодом и морем. Зеленые холмы проносились перед глазами один за другим, ветер усиливался, вскоре я могла уже сквозь его вой слышать шум морских волн. Обогнув очередной холм, я увидела Оркнейский замок. Сердце куда-то ухнуло, а затем забилось часто-часто. страх отступил, и теперь было лишь желание вновь увидеть его.

— Дес, — прошептала я, направляя коня в первые волны отлива.

— Подожди, ты сумасшедшая! — окрик Вивиан заставил меня остановиться, — Море еще не отступило!

Но мне было все равно. Не колеблясь ни минуты, гнедой смело шагнул в пенящуюся воду. Ветер бил в лицо, одежда намокла от морских брызг. Время тянулось неимоверно медленно. Выбравшись на берег, я подъехала к воротам замка. Стражники смотрели на меня с благоговейным ужасом, словно увидели призрак. Кивнув им, я беспрепятственно въехала во двор замка. Как всегда, он был охвачен повседневной суетой: слуги спешили куда-то, конюхи выводили лошадей, мальчишки-пажи мешались под ногами, с завидным постоянством получая подзатыльники от старших. При виде меня верхом на гнедом во дворе воцарилась тишина. Несколько мальчишек из пажей помладше, перешептывались, показывая пальцем на гнедого.

Я соскользнула с коня. Никто не подошел ко мне, чтобы отвести лошадь в конюшню.

— Что за… — недовольно прошипела я, — Бринн!!!!

— Кому там надо? — невысокий конюх появился в дверях конюшни с извечной соломинкой в зубах. При виде меня она полетела на землю:

— Миледи? Вы? Гнедой?

Он подскочил ко мне, намереваясь обнять, но в последний момент опомнился и почтительно поклонился.

— Рада тебя видеть. Позаботься о нем! — я отдала ему повод, — Где герцог?

Конюх пожал плечами.

— А кто его знает. Может на плацу мечом машет, а может кого очередной раз отчитывает. Невеселые времена у нас начались после вашего ухода, миледи… — он с укором посмотрел на меня. Я не слушала его, спеша к дверям, ведущим в зал. Когда я уже была на крыльце, дверь стремительно распахнулась, чуть не задев меня по лбу, и в проеме возникла массивная фигура Гарета. Он стоял, скрестив руки на груди и загораживая мне вход, на его лице была написана мрачная решимость.

— Гарет, — я кивнула ему, но он не отступил, чтобы пропустить меня:

— Айрин? Зачем вы пришли?

— Гарет, где Десмонд?

Он мрачно посмотрел на меня сверху вниз:

— Это уже не ваше дело! Уходите отсюда, и никогда не возвращайтесь.

— Что?

— Уходите, Айрин, пока я не приказал стражникам вывести вас из замка. Вы не представляете, что творилось с ним, после вашего ухода. Я не знаю, почему вы вдруг решили вернуться, но не стоит вам тревожить герцога.

Я в изумлении смотрела на него, чувствуя, как во мне разгорается злость.

— Гарет, — я говорила негромко, но во дворе царила такая тишина, что меня слышали даже лошади в конюшне, — Мне наплевать, что ты думаешь. Я пришла к герцогу, и только ему решать, уйти мне или нет! А если ты посмеешь приказать страже выкинуть меня отсюда, то я натравлю на тебя всех зверей и птиц этого острова!

— Вы смеете мне угрожать? — вскинулся воин. — С каких это пор?

— С тех самых, когда герцог вручил мне ключи от этого замка! — вскинув голову, я посмотрела ему в глаза, — Ты забыл, кто я?!

Наши взгляды скрестились. Я чувствовала, что еще немного, и я голыми руками отшвырну его прочь. Он первым отвел взгляд, признавая свое поражение.

— Он на стене, каждый день туда поднимается, — буркнул Гарет, отступая в темноту замка. Мне было не до него, я уже бежала к лестнице. Слуги с поклонами расступались передо мной, воины машинально поднимали оружие в военном приветствии, удивленный шепот и недоверчивые взгляды провожали меня, но я ничего не замечала, вбегая вверх на смотровую галерею.