Поэтому не боясь ему причинить боль, я ударил этого предателя воздушным тараном, так, что тот улетел и впечатался в стену замка. Естественно после такого сильного удара, там от него остался только один фарш. Люди со страхом смотрели на меня.

— Это предатель! Он ночью хотел впустить отряд маркиза — пояснил я маленькой баронессе — пусть ваш комендант его обышет. Ему передали артефакт, который нейтрализует защитную магию на воротах.

Мои слова услышал также один седой вояка, вероятно местный командир, прибежавший на крик и шум с десятком солдат.

— Рэндом, ты все слышал — приказным тоном сказала мелкая, седоусому и представила меня — это Джен, теперь он будет жить с нами вместе в замке.

Седоусый поклонился и отдал необходимые распоряжения. Мы же продолжили свой путь в покои больной баронессы. В спальне, кроме неподвижно лежащей Витольды находились постоянно две ее фрейлины, из числа жен воинов местного гарнизона. Я попросил всех выйти и включив магическое зрение осмотрел красивую женщину. Черты лица той заострились от болезни, но не испортили красивого лица хозяйки замка.

Я внимательно осмотрел ее ауру и обнаружил в районе живота, черную кляксу проклятия. Та напоминала мне небольшого черного осьминога, раскинувшего свои плоские черные щупальца по всей ауре женщины, высасывая ее жизненные силы. И я воочию видел, что с каждым глотком этой твари, она росла и увеличивалась, пытаясь охватить все тело жертвы.

Хм, пожалуй попробую одно эльфийское плетение из магии жизни, что меня научила одна эльфийка, дочка профессора на Хельхайме. Вроде биологические процессы у нас одинаковые и это плетение должно на нее подействовать. Сплел его в течении пяти минут и кинул прямо на кляксу. Ушами я ничего не услышал, но в ментальном диапазоне чуть не оглох от дикого визга твари, которая страшно задергалась, будто ее облили концентрированной кислотой.

Ага, сволочь, не нравится. А, если мы вот так и я опять сплел такое же плетение и следом кинул малое исцеление. Тело баронессы выгнулось дугой и я громко позвал помощников, стоящих за дверью.

— Лорейна держите маму за ноги н за руки- крикнул я и посмотрел на фрейлин, кивнув, чтобы те тоже помогли держать бьющуюся женщину — не дайте ей ударится головой — небольшую деревянную палочку я раньше ей засунул между зубов.

Как из баронессы выходит эта черная дрянь мог увидеть только магически одаренный. Я это видел, но смотрю и у девочки расширились от ужаса глаза. Ага, эта мелкая ведь магесса и она тоже видит этого черного осьминога, который вышел из тела женщины и сейчас под воздействием заклятия жизни начинает таять п исчезать.

Тело Витольды успокоилось только тогда, когда вся чернота вышла из нее и женщина потеряла сознание. Вот теперь я попросил фрейлин удалиться из спальни, оставив только детей баронессы. Я не хочу, чтобы видели посторонние, как я достаю из своего пространственного кармана регенерационную капсулу и укладываю туда хозяйку здешнего замка.

Все. Закрыв крышку саркофага, я загрузил медкартриджи н включил капсулу.

Искин регенератора определил ей полное излечение в десять суток. Уж слишком организм у нее был ослаблен и все органы могли отказать в любой момент. Только благодаря древнему семейному лечебному артефакту, оказавшемуся у них под рукой, старшая баронесса осталась до сих пор жива.

— Лорейна — обратился я к девочке — надо поставить охрану у покои мамы, чтобы они никого туда не пускали.

Для вас я сделал исключение и не надо остальным все это видеть. Твоя мама будет здорова через десять дней.

— Хорошо Джен — и отдала распоряжение своему коменданту, который отирался недалеко от спальни Витольды. Хе, ему наверное тоже интересно, что здесь происходит.

Не успели мы отойти недалеко, как подбежала маленькая девчушка, у которой ребра выпирали наружу.

— Госпожа, обед подан — сказала она и побрела вдоль коридора.

Когда я увидел поданный обед в столовой замка, наверное у меня чуть слезы на глаза не навернулись. На чистеньком столе, покрытом белой скатертью, стоял кувшин с колодезной водой и три небольших куска черного хлеба, перемешанного с отрубями и соломой, там было еше что-то, но я не рассмотрел. Ага обед подан ровно на три персоны. Лорейне, ее брату, ну и наверное мне.

Я молча достал из своего кармана походный синтезатор и загрузив в него пншевой картридж, заказал куриный бульон, белый хлеб и пару блюд из овощей.

Когда, синтезатор блямкнул, я достал все из него и выложил на стол. Сейчас детям, после такой длительной голодовки нельзя сразу много есть заворот кишок получат, но я не выдержал блестящих глаз детей и сделал дополнительно каждому по кусочку сыра, тоже молча выложив перед ними.

— Сколько в замке людей? — задал я вопрос Рэндому, стоящему сейчас подле стола, ожидая дальнейших распоряжений юной баронессы.

— Сто тридцать один лэр — ответил этот вояка, потом немного замялся и сказал — было больше. Тринадцать умерли от голода п громко сглотнул слюну, глядя на наш стол.