Афродита ошеломленно смотрела в ту сторону, где должны были лежать пустынные, по-зимнему безрадостные сады, с остовами розовых кустов, заботливо укутанных дерном до весны. Но вместо этого какие-то стариканы – судя по всему, члены Садового центра Талсы – расхаживали вокруг кустов, окаймлявших парк Вудвард, ахали, охали и оживленно переговаривались, любуясь пышным цветением роз.

– Это странно, – пробормотала Зет. – Сейчас же зима… Недавно были сильные заморозки. Розы не могут цвести!

– А? – переспросил Старк.

– Розы не цветут после заморозков. Они засыпают. Как декоративные карпы в водоемах. Я это точно знаю, потому что все свое детство помогала бабуле ухаживать за розами и укутывать их на зиму. Мы всегда делали это после первого сильного заморозка. Но эти розы почему-то цветут пышным цветом!

– Мне это не нравится, – сказал Старк.

– Стойте здесь. Пойду, расспрошу какого-нибудь старикана, – сказала Афродита. Дарий двинулся было следом за ней, но она нежно дотронулась до его плеча и сказала: – Нет-нет, красавчик, подожди меня здесь. Ты же огромный и страшный вампирский Воин, да? Конечно, сейчас отношения между людьми и вампирами заметно улучшились, но все-таки будет лучше, если я пойду одна.

Дарий нехотя кивнул.

– Я буду наблюдать за тобой отсюда и сразу почувствую, если понадоблюсь тебе.

Афродита лукаво подмигнула ему и, негромко мурлыча себе под нос «Каждый твой вздох» Стинга, направилась к сборищу стариканов.

– Прошу прощения, сэр, – вежливо сказала она, натянув на лицо самую обворожительную улыбку.

Старик должен был улыбнуться ей в ответ. Все мужчины всегда улыбались, когда Афродита обращалась к ним со своим обаянием, однако этот старикан лишь покосился в ее сторону и буркнул:

– Садовый магазин закрыт.

– Благодарю вас, сэр, но я не хочу ничего покупать. Разумеется, в данный момент, – торопливо поправилась Афродита и снова улыбнулась. – Я просто хотела спросить, что случилось с этими розами. Разве не странно, что они вдруг расцвели в такое время?

– Еще как странно, юная леди. И даже более чем странно. Похоже, мы стали жертвами похитителя роз!

– Похитителя роз? Простите, я не понимаю…

«Не говоря уже о том, что я с трудом себе представляю, как такое возможно», – добавила про себя Афродита.

На этот раз старик все-таки посмотрел на нее, и его сердитое лицо мгновенно разгладилось.

– Мы сами ничего не понимаем, милая. Но кто-то украл все наши розовые кусты, все до единого, что росли вдоль парка, и заменил их вот этими. Они же даже не настоящие! – Старик с отвращением ткнул пальцем в куст, росший неподалеку от них. Афродита посмотрела в ту сторону, куда он указывал, и внутри у нее все сжалось.

Все розовые кусты, окаймлявшие парк Вудвард с этой стороны, цвели пышным цветом, но листья у них сморщились, а стебли скрючились, сплелись и согнулись к земле.

Цветы на кустах были черные.

Розы по непонятной причине выглядели влажными и зловеще блестели в свете уличных фонарей.

Афродите почему-то сделалось страшно.

– Когда это случилось?

– О, юная леди, это самое странное! Судя по всему, это случилось сегодня днем, то есть всего несколько часов назад. Но никто ничего не замечал до самого последнего момента!

– Но почему вы сказали, что розы не настоящие? Они непохожи на искусственные.

– Милая моя, в природе не существует черных роз: у них нет нужного гена для создания такого цвета.

Продолжая слушать старика, Афродита подошла к кустам и внимательно оглядела их. Набравшись храбрости, она осторожно протянула палец, чтобы коснуться черного цветка.

И тут же в страхе отдернула руку.

Несколько мгновений Афродита молча смотрела на розы. Цветы были отвратительные: скользкие, холодные, безжизненные – но не они, а кусты заставили Афродиту похолодеть от страха. Стебли кустов были не кривыми, как могло показаться издалека. При ближайшем рассмотрении становилось очевидно, что чья-то недобрая рука нарочно скрючила, переплела и пригнула их к земле, придав сходство со змеями или щупальцами, сделанными из тьмы и острых шипов…

– Искусственно создать такой цветок возможно – достаточно, скажем, поливать куст чернилами или просто обрызгать краской, но вывести сорт полностью черных роз в наше время невозможно, – закончил свою лекцию старый садовод.

– Как вам кажется, эти розы поливали чернилами или покрасили? – спросила Афродита, но тошнотворная слабость, поселившаяся у нее в животе, уже подсказала ей ответ на этот вопрос.

– Не то и не другое! Никто из нас не может понять, что это такое, ясно одно: совершено преступление.