Взгляд крепкого парня, сидящего в приёмной, и одетого совсем не в рабочую спецовку, ему не понравился. Как и непонятные ужимки секретаря. Нехорошо засосало под ложечкой.

Вежливо постучал, выждав небольшую паузу, ждать ответа было бесполезно из-за отличной звукоизоляции тяжёлой, оббитой утеплителем, двери, и, толкнув дверь, просунул голову в кабинет начальника цеха:

— Можно, Семен Евгеньевич?

— Заходи, Бардин, заходи! – насквозь фальшивая радость в голосе начальника цеха, Емельянова Семена Евгеньевича, хоть и не друга, но человека, отношения с которым у Бардина были довольно теплые, всё-таки столько лет прикрывали друг другу задницы, заставила Владимира Дмитриевича напрячься ещё сильнее, – вот тут тебя попросили пригласить, разговор к тебе у господина очень важный! Вы располагайтесь прям тут, у меня в кабинете, тут вас никто не потревожит, а я пока по цеху пробегусь, гляну, что и как, хорошо?

Всё встало на свои места. Обращения «господин» из уст начальника цеха удостаивались очень редкие категории граждан: те, кто не выполняет свои должностные обязанности в его, Семена Евгеньевича цехе, и его скоро выпнут с волчьим билетом; те, кто позволяет себе появиться на рабочем месте с выхлопом после «вчерашнего» и его тоже уже скоро выпнут с работы; и различные высокопоставленные представители силовых ведомств. Те люди, общаться с которыми Семен Евгеньевич не хочет. Первых и вторых он старается держать подальше от себя и своего цеха, от третьих старается держаться подальше сам.

Если бы не поведение Емельянова, Владимир Дмитриевич далеко не сразу бы догадался о том, кто сидит перед ним. Через стол.

Невысокий, очень харизматично выглядящий, среднего возраста, чуть моложе, чем Бардин, одетый в тёмно синий костюм, хорошо мимикрирующий посетителя под офисного менеджера среднего звена. Седой, гладко выбритый. Его карие чуть навыкате глаза, равнодушно следили за тем, как хозяин кабинета говорит пустые слова, о чем-то просит и, не прощаясь, уходит, плотно закрывая за собой дверь.

– Здравствуйте, Владимир Дмитриевич, – густым и красивым басом поприветствовал гость Бардина и кивнул ему на стул напротив себя, -- присаживайтесь.

И, выдержав паузу, пока Бадрин занимал указанный ему стул, и ещё немного помолчав, чтобы создать лёгкую нервозность, гость продолжил:

– Меня зовут Скирх Аристарх Всеволодович. Я полковник юстиции Следственного Комитета. Основной вопрос, который заставил меня сюда приехать, это ваш сын. Скажите, Владимир Дмитриевич, когда вы общались с ним последний раз?

– Что случилось с Колей? – Бардин очень надеялся, что реакция испуганного и взволнованного отца у него получится достаточно хорошо, но если нет, ему, хотя бы, удастся скрыть свое отношение к этому человеку и озвученной им теме.

– С Бардиным Николаем ничего не случилось, – с легким нажимом ответил волнующемуся отцу комитетчик, – Давайте, мы будем взаимодействовать последовательно. Сначала вы ответите на мои вопросы, потом мы обсудим всё, что волнует вас. Хорошо?

И после кивка растерявшегося человека, допрос был продолжен:

– Так, как давно вы общались с сыном последний раз?

– Так даже и не вспомню точно, вроде пару недель назад мы с ним созванивались, в выходные.

– Вспомните, пожалуйста, упоминал ли Николай, чем планирует заниматься в ближайшее время: неделю, месяц?

– Да, было. Он сказал, что хочет закончить диплом пораньше, чтобы приехать домой, повидаться с девочками, немного отдохнуть от столицы.

– Вас это не удивило?

– Нет! Николай очень ответственно относится к учебе! У нас уже есть договоренности по его стажировке в техуправлении, и им нужен красный диплом и хорошие знания от кандидата. Николай прекрасно понимает, какой это отличный шанс и делает всё возможное, чтобы соответствовать.

Полковник юстиции покивал своим мыслям, ловкими и точными движениями пальцев фиксируя что-то в планшете.

– Скажите, поддерживает ли Николай связь с сёстрами в обход вас? – продолжил ходить кругами следователь.

– В каком смысле «в обход нас»? – абсолютно искренне возмутился Бадрин, – у них у всех есть коммуникаторы с открытыми учетками и они поддерживают связь друг с другом напрямую!

– Хорошо, я понял вашу позицию, – в голосе облаченного властью гостя появились первые нотки угрозы, – скажите, а шлем виртуально реальности, полученный вашей семьёй не совсем законным путём, лично вы используете?

– Использую, – абсолютно честно кивнул старший Бардин, а потом вскинулся, – почему не законным путём? Этот шлем Коле подарила хорошая знакомая! Подарки разве незаконны?

– Последовательное взаимодействие, не забывайте, – напомнил следователь и, не делая паузы, продолжил, – вам не показалось интересным, за что неизвестная знакомая могла сделать вашему сына настолько дорогой подарок?

– А он разве дорогой? – удивился инженер-технолог и видя недовольство своим вопросом в глазах следователя, поспешил пояснить, – я не разбираюсь в ценах на современные гаджеты, мой интерес давно и прочно лежит в другой области.