– Сколько нас всего осталось? – чуть дрогнувшим голосом поинтересовалась кланлидер уничтоженного клана.

– С тобой будет двенадцать, – усмехнулся безопасник, – это если твоих Артёмку и Пашку, считать за полноценных бойцов. А так нас осталось всего десять.

Пила кивнула. Десять человек из клана, в котором в общей сложности состояло более пятнадцати тысяч человек. Всего десять.

Целых десять человек. Двенадцать – поправила себя девушка. Артём и Павел. Одиннадцати и девятилетние сгустки эмоций и энергии. Дети, умершие на Земле и теперь живущие тут. Растущие и развивающиеся. И зовущие её «тётя Полина».

– Как мальчишки пережили смену клана и всю эту ерунду? – спросила Пила

– На удивление без проблем! – чуть улыбнулся Беркут, – ИИ комплекса их не считал за полноценных разумных и не учитывал в расчетах. Данные об их существовании не ушли новому лидеру нового клана, а парни не выходили из жилого блока, где ты их и попросила находиться. Играли в разведчиков. А дальше уже с нами и ушли. Благо нанопасты у нас было с запасом.

Целых двенадцать человек, за которых она отвечает. Нельзя ей киснуть и жалеть себя. Она по-прежнему не одна. Нужно двигаться дальше.

– Что ты там сказал, про тварей и голую задницу? – Пила переключилась на сказанное Беркутом буквально только что, – ты серьёзно допускаешь пришествие шургов на Землю?

– Беда в том, что не только я. В Конторе бегают как ужаленные, пытаются доказать невозможность этого, а Ник, в разговоре намекнул, что это не только вполне возможно, но и довольно вероятно.

Плотность трафика возросла, и разговор сам собой на время затих. Беркут вёл машину, стараясь миновать развязку и не попасть в пробку, Пила размышляла.

Картинка рисовалась отвратительная. Если они разрабатывали технологии, берущие начало на Айне и у них, со слов Беркута, всё получилось, и тут же все разработки были «проданы» за рубеж, означало ко всему прочему ещё и то, что за рубежом делают тоже самое.

Пытаются подстегнуть свой прогресс, используя Айну. И делают это только в своём маленьком прудике. Мешая делать тоже самое другим. Ведь производство на папином заводе не скопировано, а уничтожено. А значит, суммарно Земля не стала сильнее. Там прибыло, тут убыло. Баланс не изменился. Зато один прудик стал сильнее другого.

– Что из Айновских технологий воспроизвели на папином заводе? Оружие? – ситуация на дороге стала немного спокойнее и Полина решила уточнить у Беркута детали.

– Точно не знаю. Только по косвенным данным, но скорее всего, нет. Что-то с энергетикой связанное и с материалами. Ресурсы. Мы всегда специализировались по ресурсам. Почему не оставили нам то, что мы и так уже не одно десятилетие даём миру? Не лезли же не в своё, – довольно развёрнуто и эмоционально ответил Беркут.

Пила кивнула. Логики в таком варварстве никакой. А где нет логики – там политика. А значит, туда лучше не лезть.

– Как твои Маринки? – снова перевела тему разговора девушка.

– Нормально мои Маринки, – тепло улыбнулся в ответ безопасник, разбавляя градус негатива, – Марина Петровна уже закончила шестой класс, совсем большая стала. И умная, вся в Марину Владимировну. Которая тебе каждый раз привет передаёт и интересуется, когда ты снова появишься пробовать её выпечку?

Ответа на заданный вопрос не прозвучало. Оба собеседника понимали, что возможно уже и никогда. Накануне выписки они обсуждали планы на будущее, и одним из основных моментов был уход Пилы на Айну. Насовсем.

Несмотря на то, что практически всё, что было у семьи Лариных уже изъято, для профессионалов было понятно, что Полина – не жилец. Так будет надёжнее. Наличие наследницы при любых раскладах – опасно для противной стороны. Поэтому, несчастный случай – лишь дело времени.

Сколько у них этого времени – зависит от уверенности в себе их противников. Если она граничит с самоуверенностью – то много, если же там есть профессионалы, то стоит Беркуту отвернуться и Полина на ровном месте подвернёт ногу и, падая, сломает шею.

Своего противника теперь они знали твёрдо. И иллюзий больше не питали.

– Кстати! Презентовал я Нику твою коллекцию, как ты и просила! – спохватился Беркут и торопливо начал рассказывать последние новости, – он зацепился за закладку, которую мы вскрыли на днях. Говорит, шлем и упаковка – один в один как его экземпляр. Надеется, что мы сможем по нему попасть в новый комплекс.

– Не сможем, – почти беззвучно прошептала Пила, рассматривая дорогу, проносящуюся мимо и машины, хаотично мелькающие то быстрее, то медленнее, и уже чуть громче уточнила, – его ИИ эти фотографии видел?