«Помоги!» - мысленно взмолилась я, обращаясь к тому, кого недавно звала Маргарита - к истинному духу Гвендарлин. К душе колледжа.
– «Не оставляй меня!»

Я не верила, что дух откликнется. Звала исключительно, чтобы предпринять хоть что-то, ибо на большее была не способна, тело окончательно перестало мне служить. Но ОН услышал. Услышал меня, не Маргариту. Что-то случилось в темном коридоре, будто разом зажглись все факелы, хотя они и не горели. Свет, похожий на естественный дневной, заполнил все вокруг. Явился вместе с полупрозрачной мужской фигурой: наполовину черной, наполовину белой.

Туча издала рычание и остановилась.

– Ты не сможешь победить, - процедила она, но уверенности в голосе поубавилось.
– У тебя не хватит сил. И девчонку не спасешь, и себя уничтожишь.

– Не хватит, - зазвучал незнакомый голос: бархатистый, певучий.
– Если только...

Черная призрачная рука поднялась к потолку в попытке остановить противницу. Бездарной? Вовсе нет. Туча наткнулась на невидимое препятствие, задергалась, будто угодила в сеть. Светлая рука духа потянулась к полуведьмаку, распластавшемуся на полу рядом с Милли.

– Ульрих Бернарду, отдай то, что получил в начале года. Мне жаль, но другого выхода нет. Мне нужна мощь твоего дара.

Дара? У меня закружилась голова. Дух просил назад подарок, полученный Ульрихом в первый рассвет года на крыше.

– Забирай, - шепнул парень хрипло.

Из его груди полился свет - смесь сотен цветов и оттенков. Разделился на тысячи переливающихся нитей. Они опутывали все вокруг. Не липкой паутиной, а некой энергией, нежной и жизнеутверждающей. Нити походили одновременно и на согревающие солнечные лучи, и на питательные дождевые струи. Несли надежду, прогоняя мрак.

Туча завизжала, уменьшаясь в размерах. Риц, все это время не прекращавший битву с остальными мэтрами, повалился на колени. В глазах погасла ярость, а вместе с ним и свет.

В последний миг помощник духа посмотрел на меня, и губы шевельнулись. Слово так и осталось не озвученным. Но я его угадала. Простое и многозначительное слово: «помоги».

Это было всё, на что Рицу хватило сил. И времени. Беспощадная туча метнулась к сообщнику, прошла сквозь его тело и вылетала в окно - в ночь. Но прежде чем поверженный мужчина рухнул, мой уплывающий разум зафиксировал еще одну странность: из живота Рица в пол утекла похожая на смолу субстанция, словно мэтра покинула чёрная сущность.

Истинный дух Гвендарлин, одержавший победу в очередном раунде, тяжело вздохнул и расправил плечи.

– Бритт!
– он повернулся к белому, как сама смерть, директору.
– Не смей исключать этих детей. Они должны остаться в колледже. Особенно Лилит. Враги еще вернуться за ней, когда восстановят силы. Но девочка - ключ. Без нее эту войну не выиграть. Охраняйте её!

Берегите! Вы все!

На этом мое сознание отключилось. Почти на этом. Затуманенный взгляд успел выхватить еще один эпизод. Эмилио бросился к поверженной Тире. Но та не нуждалась в его помощи. Черная кошка яростно зашипела на среднего герцога, не позволив к себе прикоснуться. С трудом поднялась и, пошатываясь, побрела в темноту.

– Получай!
– снежный ком угодил прямиком по затылку Лиана и, пока мальчишка соображал, я ловко засунула горсть снега ему за шиворот.

– Ай! Ай-ай-ай!
– завопил он, прыгая на месте.

– Жестоко!
– возмутился Шем, вступаясь за Лиана, но получил еще одним комком - в лоб.

Агния в безобразие не вмешивалась. Как и большинство полуцветов, выведенных погулять на крышу, подруга вела себя чинно и скромно. Одна я разошлась. Устроила зимнюю битву с двумя приятелями. Они не возражали, быстро вошли во вкус. Мне же было наплевать с самой высокой башни Гвендарлин, что думают о нашей забаве остальные. Я жаждала выпустить пар и нашла отличный способ.

А почему нет? Это полноценные каждый вечер проводят на свежем воздухе - внизу. Нашего брата выпустили подышать впервые за долгое время. Я так вообще с памятной отработки в саду Шаадея, сидела взаперти. Надо не стоять столбом, а пользоваться моментом. Пейзажем - замерзшим морем и заиндевевшими деревьями - я из окна спальни полюбуюсь. Зимний вид вообще не особо вдохновлял. Тяжелое белое покрывало спрятало звериную сущность водной стихии, заставило уснуть до весны, а я скучала по изменчивому морю.

С ночи духа прошло восемь дней, но о ней редко вспоминали. Точнее, не хотели вспоминать, поверив директору Бритту. Пожилой мэтр пообещал, что реалистичные сны не повторятся. Собственным креслом поклялся. Дал слово покинуть пост, если еще хоть в одно новолуние юные обитатели Гвендарлин окажутся во власти древнего пожара. Впрочем, кресло под директором всё равно зашаталось. Несколько родителей обратилось в совет Многоцветья с требованием заменить руководителя Гвендарлин. Однако на крайние меры никто не решился.