Как только начинается движение, жду, пока девушки пробегут вперед. Так или иначе, бежать придется, ведь Зои «пилит» меня своими карими глазами, на что я улыбаюсь, но когда отворачиваюсь, закатываю глаза. Бегать в такой обтягивающей одежде — стыд, однако это мало кого беспокоит. Каждая присутствующая здесь девушка — худышка, которая запросто может не надевать бюстгальтер. Когда проход освобождается, бегу трусцой, пытаясь не смотреть на всех наблюдателей. Абсолютно каждый парень в своих фантазиях представляет понравившуюся ему девушку в красивой форме, которая возбуждает желание. Да и девушкам нравятся эти взгляды.

Пробегая мимо футболистов, не смотрю на парней, однако один из них присоединяется к моей пробежке.

— Прознала, что мне нравятся спортсменки? — ухмыляется Хейл, откровенным взглядом посмотрев на мою грудь.

— Ты вроде как не разговариваешь со мной?

— Как не разговаривать, когда здесь находится такое красивое тело?

Развернувшись, бегу в обратную сторону, но Хейл не отлипает, повторяя мои действия.

— Не хочешь постоять рядом со мной на коленях? Если приоткроешь ротик, будет еще лучше.

— Иди на хрен.

— Ты все равно не сможешь строить из себя недотрогу слишком долго, Ровена. Давай проведем время вместе, и, обещаю, ты не останешься равнодушной.

Остановившись, делаю несколько шагов вперед и кладу руку на грудь парня, приоткрыв губы. Его губы поступают аналогичным способом, а левая рука пытается прикоснуться к моей талии.

— Ты останешься равнодушным, как только поймешь, что меня от тебя тошнит, — сжав зубы, сообщаю я. — Меня не цепляют жалкие люди вроде тебя, поэтому иди к неполноценным девушкам с зеленой ниткой и распинайся, а меня, будь добр, оставь в покое. Если предпочтение упадет на тебя или на Редмонда, я выберу Редмонда, но тебя.

Убираю руку и сталкиваюсь с невероятным взглядом злости. Парень хочет что-то сказать, но я направляюсь к выходу, не обращая внимания ни на Зои, ни на других девушек.

Когда я поступала в колледж, в мои планы не входили эти проблемы. Если Редмонд сказал, что я могу спокойно заниматься своими делами, тогда почему его друг донимает меня?.. Легко абстрагироваться, если на тебя не обращают внимания, а так это вообще невозможно.

Приехав домой, решаю принять душ, чтобы смыть с себя весь негатив. Эмоции на пределе. Не люблю, когда люди строят из себя королей, будучи простыми шафками. Заметив на заднем дворе Редмонда, решаюсь поговорить с ним насчет лучшего друга, который настойчиво ждет чего-то с моей стороны.

Накинув халат, поверх нижнего белья, выхожу на улицу.

— Рови, не хочешь поднять подол халата и сесть на ширинку моих джинс? — спрашивает он, когда я становлюсь напротив.

— Ты когда-нибудь вылезаешь из этой штуки?

— Удобная вещь. Всегда мечтал о такой.

Посмотрев в блестящие глаза, хочу предъявить претензию, но что-то идет не так.

— Почему твой выбор остановился именно на этом городе? Когда ты уехал, мы считали, что…

— Я сопьюсь или стану наркоманом? — усмехается он, продолжая покачиваться взад-вперед. — Твоя семья никогда не хотела иметь со мной ничего общего и желала скорейшей смерти, лишь бы я сгинул где-нибудь подальше.

— Это не правда.

— Чистая правда, Рови. Гордоны считаются лучшими во всем, и вдруг какой-то «шкет» решает нарушить спокойную жизнь семейства.

Когда парень поднимается, я наблюдаю за тем, как его глаза становятся выше на целую голову. Опустив взгляд, вижу, что грудная клетка Редмонда колеблется.

— Ты мог бы доказать им, что не так плох.

— Доказывать? Гордонам? — заулыбался он, насмехаясь. — Ты же выросла в этой семье, разве не знаешь, что они не умеют слушать?

Понимаю, о чем он говорит. Если маме о чем-то рассказать, она неправильно поймет информацию и расскажет ее по-своему. У Агнесс есть такая же привычка. Когда Редмонда замечали в нашем доме, начинались оскорбления, которые наносили вред личности. Такой конфликт произошел при мне, когда мы с мамой вернулись из магазина. Это было последнее появление Редмонда в родительском доме.

— Не трогай себя при мне, — говорит парень, вырвав меня из мыслей.

— Что? Я не…

— Твоя рука коснулась шеи, — перебивает он и делает шаг назад. — Рови, ты еще ребенок.

— Ты отобрал несколько девушек моего возраста к себе в «гарем», — напоминаю я, — и несколько раз хотел оставить мое тело без одежды.

Сделав шаг вперед, замечаю, что он снова отходит.

Для чего он говорит, если не собирается делать?.. Редмонд уверен в себе, тогда почему бы мне не злоупотребить этой уверенностью, чтобы поставить парня на место?..

Расстегнув халат так, чтобы грудь оказалась открытой, пристально смотрю на Редмонда, который воротит взгляд.

— Это доказывает, что мне уже не двенадцать?

Сделав глубокий выдох, Редмонд посматривает, но не смотрит открыто, что доказывает его интерес. Делаю шаг вперед и становлюсь напротив, смотря на бегущие глаза парня. Неужели он стесняется? Или просто хочет доказать свое безразличие? Это забавно.

— Хочешь, я загну подол и сяду на тебя сверху?

Такого откровенного вопроса в лоб он точно не ожидал.