— Замаскируйся, бороду нацепи, усы сбрей, парик надень или побрейся на лысо. Так тебя на улице не узнают, если внимание к себе не будешь привлекать. Переоденься обязательно. Через несколько дней, как всё утихнет, приходи на Большой Ипподром и там поставь любую ставку на Громобоя в пятом заезде. Не забудь! И еще раз, спасибо тебе!

Вам предложено задание "Холодная весна". На Большом Ипподроме сделайте ставку на Громобоя в пятом заезде.

Награда: вступление в революционную фракцию "Черный Апрель".

Штраф: Разглашение этой информации приведет к существенному ухудшению репутации с данной революционной фракцией.

Дирижабль почти остановился и спустился на уровень зданий. Марк закрепил на мне шлейку на лебедке, и сказал выходить. Я аккуратно выполз наружу, и Марк спустил меня вниз.

Вы прибыли в район Зодиак

Уровень безопасности: красно-желтый

Окончательно стемнело, и, проводив глазами темный силуэт воздушного судна, освещаемый оранжевыми отблесками фонарей, я решил, что надо искать ночлег. Уровень безопасности тут нехороший, поэтому выходить из игры посреди улицы не рекомендовалось. Был не нулевой шанс, что могут ограбить. На форуме писали, что это случалось редко, но бывало.

Недалеко от меня, мерцая глазами, стояли два автоматона. Подойдя к ним, я сказал:

— Уважаемые, а где здесь, рядом, можно найти приют для одинокого путника?

Автоматоны не отвечали. Они почти не двигались, только поворачивали свои латунные головы в мою сторону. Жутковато, если по правде.

— Отель или ночлежка рядом есть? — решил я упростить поисковый запрос.

Оба робота синхронно подняли руки и показали в одну сторону.

— А далеко идти до пункта назначения?

— Три минуты со средней человеческой скоростью, — сказал один из автоматонов механическим голосом. При этом единственный светящийся желтым глаз слабо вспыхивал в такт словам.

Совсем недалеко оказался вход в здание, над которым призывно мерцала надпись "Склад с обогревом номер 11". М-да. Название так себе. Внизу в отблесках вывески я прочел: "Комфортные номера для механических и биологических людей". Мне же нужно только переночевать? Тогда не будем капризничать.

Ресепшн представлял собой небольшое помещение с металлическим полом и стенами. Слабо пахло ржавчиной. В свете двух слабо горящих ламп место производило гнетущее впечатление. В комнате никого не было, но на том месте, где обычно располагается стойка, находилось небольшое темное окошко.

— Мне номер на одну ночь. Для биологического человека, — добавил я на всякий случай.

— Четыре кроны, — проскрипело мне из темноты.

— А деньги мне куда девать? Прям в окошко засовывать?

Ответа не последовало. Я достал деньги и положил внутрь темноты. С небольшим звоном мне в руку выпал ключ с биркой.

— Третий этаж, место 352Б, — сказал из окошка механический голос. Сзади звякнул, раскрываясь лифт. Кое как найдя свой номер, пригнувшись, я с трудом втиснулся в железную комнатку без окна. На полу лежал матрас, освещалось все это богатство автоматической масляной лампой, которая вспыхнула при моем появлении. Кроме этих двух безусловно необходимых предметов мебели, в комнате ничего не было. Ну что ж, зато цены демократические.

/logout/

— Я очень горжусь нашими с тобой успехами, Волков!

Я аж подпрыгнул. В дверях стояла Ирина Яковлевна, довольная как кошка, объевшаяся сосисок.

— Что опять? — напрягся я.

— Волков, не будь букой! Всё замечательно! Я побежала! — сказала она радостно и скрылась из виду, напоследок хлопнув дверью. Наверное, от переизбытка чувств. Чего-то мне это не понравилось. Опять, наверное, какую-то каверзу задумала.

Минут через двадцать зашел Талгат, похлопал меня по плечу, пожал руку и вышел, ничего не сказав. Потом заглянула Ева, посмотрела на меня, поджав губы, сказала:

— Ну-ну! — И тоже скрылась за дверью. Я слушал удаляющийся цокот ее каблуков, и во мне нарастала тревога.

Работа не шла. Меня терзала уверенность, что произошло что-то плохое. Вот так сидеть в неизвестности сил не хватило. Я встал и пошел разбираться.

— Ева, что такое происходит!?

Ева подняла одну бровь, оглядела меня с ног до головы и сказала:

— Прям грозный такой!

— Почему на меня все так странно смотрят? Говори, — сказал я с нажимом.

Ева зло посмотрела мне в глаза и поджала губы.

— Может быть, потому так смотрят, что ты такой и есть? Странный? — тихо сказала она.

Мне жутко захотелось ее схватить и… Дверь начальственного кабинета распахнулась и оттуда, весь сияющий и благоухающий одеколоном, вывалился шеф.

— О, Серега! Молодец что зашел, пойдем-ка ко мне. Ева, душа моя, вызови ко мне Ирину.