— Марк, слушай, слово "натруженных" пишется с двумя "Н", — сказал я.

— Серьезно? — парень схватил листовку и начал изучать ее, морща лоб, — вот черт! Рудольф! Ну сколько можно?!

Сумрачный молодой человек, с черными мешками под глазами подошел из глубины комнаты к нам. Изучил листовку, чертыхнулся, остановил печатный станок и вдруг зашелся глубоким, жутким кашлем. Я подошел к нему и дотронулся до его плеча.

— Рудольф, давно у тебя этот кашель?

— Да вчера чего-то началось, — успокоившись ответил он, — простуда, ничего серьезного.

Тут я заметил, что в логах у меня мелким шрифтом бегут какие-то строки, выделенные красным шрифтом.

Заражение Старой Чумой — неудачно. Иммунитет к болезням передаваемых воздушно-капельным путем.

Вот блин! Я отдернул руку.

— Слушай. По-моему, это не простуда. Ты слышал про Доброго Дедушку? — спросил его я.

— Чума то? Да не, брось, какая чума. Ерунда. Ее лет пятьдесят уже как победили.

Я молчал.

— Да нет. Не может быть, — Рудольф побледнел еще больше.

Марк помрачнел, близко не подходя сказал:

— Язык покажи.

Рудольф напрягся, медленно с испуганными глазами вытянул язык. Тот был покрыт яркими желтыми пятнышками.

— Дерьмо! Рудольф! Как ты умудрился-то! — воскликнул Марк, потом секунду подумал и начал раздавать приказы, — Так. Быстро. Ни на кого не дышать. Бегом в аптеку, покупай лекарство и в свою комнату. И не выходить из нее пока не выздоровеешь! Лиза! Исправляй ошибки в листовках. Допиши внизу, что в городе эпидемия Старой Чумы. Напиши, что власти скрывают, что она поражает только бедняков, а буржуи хотят нашей смерти. Наплети что-нибудь помрачнее, ты умеешь. Позови Луциаса. Хотя нет, я сам.

На фабрике было найдены еще три работника с желтыми пятнами на языке, которым немедленно выдали деньги и отправили к апотекарию. Марк лютовал. Листовки надо было развести и распространить по всему городу, по всем районам города кроме зеленых. Один грузовик, загруженный бумагами, прикрытыми сверху тканью, отбыл, но этого было чертовски мало. Через три дня планировалось большое восстание и надо было сделать так, чтобы об этом узнали все трудящиеся и "честные" люди. Посмотрев на мой язык, он попросил меня о помощи.

— Серый, помоги пожалуйста с распространением. Надо чтобы за эти два дня каждый житель города увидел эти листовки. Надо их клеить на заборы, стены, раскидывать на предприятиях, везде где их могут увидеть люди. Часть мы раскидаем завтра с дирижабля, часть уже отправили в восточные кварталы города. Поможешь с западными и южными кварталами?

Вам предложено задание "Апрельский посев". Помочь с распространением листовок революционной фракции "Черный Апрель.". Не попадитесь полиции.

Награда: вариативно от количества использованных листовок.

Штраф: розыск за преступление перед властями Города Сов.

Отказ: Понижение репутации перед революционной фракцией "Черный Апрель" и лично перед Марком Чеком -10.

Все эти игры в подпольщиков меня не особо будоражили, но мне нравился Марк. Он был смел, харизматичен и активен. Он вызывал симпатию. Почему бы не помочь хорошему человеку.

— Помогу, конечно Марк. В каких квартал совсем глухо, где помочь?

Из капюшона высунулся Тушкан, который клацнул зубами и уставился на окружающих.

— Твой питомец да? — с интересом спросил Марк, — Разумный? А его нельзя приспособить к листовкам?

Мы приделали небольшой рюкзак на спину Тушканчику. Он аж приплясывал в возбуждении и когда его нагрузили увесистой пачкой листовок, Тушкан тявкнул и убежал наружу.

Я собирался выходить из игры, когда у меня высветилось системное сообщение.

Ваши изделия стали широко известными! Вы теряете особенность "Мастер!". Вы приобрели особенность "Безумный мастер". Отношение к вам всех жителей Города Сов -15. С этого момента некоторые НПС будут обращаться к вам "Мастер" или "Инженер". Те НПС, что встречались с вашими творениями могут вам грубить и проявлять агрессию. На всех ваших изделиях по умолчанию будет стоять ваше клеймо.

Это что такое? Почему минус к отношению, что вообще происходит. Надо поговорить с Кацентодд. Чувствую это ее проделки. Поймаю ее завтра.

/logout

— ИИВУК погляди что там с восьмой нодой, опять мониторинг дергается.

— Хорошо, Сергей, — вежливо ответил Гораций.

Зазвонил мобильный. Кто там? Поглядев на высветившийся номер, я вздохнул. Это была мама. Как выяснилось с неумолимостью атомного ледокола она двигалась ко мне в берлогу причем с сестрами. Ну хоть отец смог избежать этой участи укрывшись в гараже. Мне было указано, что они прибудут через полчаса, и я должен купить по дороге суши и быть дома. Никакие отговорки, что до конца рабочего дня еще двадцать минут, а потом еще столько же мне надо на дорогу — не принимались. Предвидя бурю, я положил трубку. Сейчас начнется перекладывание моих вещей с места на место, уборка всего необходимого по разным норкам, где я потом полгода ничего не найду.