ФРЕЙД. Значит, у меня больная голова? Так вы обо мне думаете?

ЮНГ. Нет, нет. Разумеется, нет. Простите меня. Иногда я так волнуюсь, что забываю, с кем говорю. И я слишком увлечен своей работой.

ФРЕЙД. А чем вы сейчас занимаетесь?

ЮНГ. Все еще мумифицированными трупами. Меня все больше и больше завораживают мумифицированные трупы.

ФРЕЙД. Опять трупы. Почему вас так привлекают трупы?

ЮНГ. НЕ трупы вообще. Только древние трупы, которые находят в трясинах и торфяниках в Швеции и на севере Германии. Видно даже выражение лиц в тот самый момент, когда их убивали. А ведь жили эти люди многие сотни лет тому назад.

ФРЕЙД. Так об этом вы все время думаете? О трупах в торфяниках? Почему вас тянет к этим трупам? Вы до конца своих дней будете к ним возвращаться?

ЮНГ. Давайте не будем о трупах.

ФРЕЙД. Беспристрастный наблюдатель может прийти к выводу, что эта неестественная одержимость трупами на самом деле проявление мощного, невысказанного желания.

ЮНГ. Невысказанного желания чего?

ФРЕЙД. Предположительно, чьей-то смерти.

ЮНГ. Чьей смерти?

ФРЕЙД. Не знаю. Может, моей.

ЮНГ. Но я не хочу, чтобы вы умирали.

ФРЕЙД. Тогда почему мумифицированные трупы не сходят у вас с языка?

ЮНГ. Меня просто интересуют мумифицированные трупы. Неужели человек не может интересоваться мумифицированными трупами, не желая вам смерти? Это нелепо.

ФРЕЙД. Не так и нелепо рассматривать вероятность того, что у человека может демонстрировать интерес к мумифицированным трупам, чтобы на самом деле замаскировать страстное желание сплясать казачий танец над трупом другого человека.

ЮНГ. Казачий танец я не спляшу. Разве что польку. Но у меня слишком большие ноги.

ФРЕЙД. Я не говорю о ваших ногах. Я лишь предполагаю, что вы, возможно, хотите меня убить.

ЮНГ. Но я не хочу вас убивать.

ФРЕЙД. А вы б этом подумайте. Я – отец. Вы – сын. Сын хочет убить отца, забрать женщин и всю власть. Я просто рассуждаю. Такое случается.

ЮНГ. Никто никогда не поверит, что я – ваш сын. Я здоровенный, как битюг. А вы не больше заборного столба. Я блондин. Вы – брюнет.

ФРЕЙД. Видите? Теперь вы говорите обо мне с пренебрежением.

ЮНГ. Я не говорю о вас с пренебрежением. Просто я иногда раздражаюсь из-за того, что вы не слушаете. Ваш разум отгорожен от всего.

ФРЕЙД. Мой разум не отгорожен.

ЮНГ. Когда-то он был открыт, но теперь амбарные ворота быстро закрываются.

ФРЕЙД. Мои амбарные ворота не закрываются. С вашей стороны это поиск рационального объяснения. Вы пытаетесь найти оправдание вашей нарастающей неприязни по отношению ко мне.

ЮНГ. Разумеется, когда ваш разум более открыт, в нем происходит много странного. Скажем, эта история с носами.

ФРЕЙД. Не понимаю, какое отношение имеют к этому носы.

ЮНГ. Вы должны признать, что какое-то время были одержимы носами.

ФРЕЙД. Никогда я не был одержим носами.

ЮНГ. Вы сравнивали нос с пенисом.

ФРЕЙД. Я выдвигал некоторые гипотезы касательно носов. Человек может выдвигать гипотезы касательно носов. Вы обвиняете меня в закрытости разума, а потом высмеиваете за то, что иногда я свой разум открываю. Тогда как амбарные ворота в ваш давно не просто раскрыты нараспашку, но свалились с петель. Любое больное животное из леса может в него войти.

ЮНГ. Если нам не достает смелости воспринимать новые идеи, можно считать, что мы умерли.

ФРЕЙД. Не говорите мне о смелости. У нас есть враги, которые думают, что мы безумны. Врачи, которые кипят от неистовой, изо всех сил подавляемой ненависти к нам. Эти люди хотят уничтожить нас. Они не хотят верить в существовании подсознательного. Они в ужасе от самой этой концепции. Она для них гигантская угроза. Поэтому они нападают на нас. Высмеивают. Мы должны проявлять предельную осторожность. И раскрывая объятья безумным версиям, мы даем нашим врагам шанс наброситься на нас.

ЮНГ. Да пошли они все. Нельзя осторожничать в поисках истины. В проверке и представлении результатов – да, осторожность, разумеется, не помешает. Но не в поиске. В поиске надобно быть абсолютно бесстрашным. Почему я должен тратить время, тревожась о том, что подумает обо мне кучка злобных кретинов? Если они высмеивают нас, хрен с ними. Это всего лишь доказательство их трусости и глупости.

ФРЕЙД. Вы демонстрируете высокомерность сына, рожденного с правом на привилегии.

ЮНГ. Привилегии? Не получил я при рождении никаких привилегий. За женой ухаживал в костюмах с лоснящимися руками и дырявых носках. Ее отец смотрел на меня так, словно я могу разве что кормить его свиней.