В центральном отсеке наступило тяжелое молчание.

— Мы специально вам Москву прокрутили, — нарушил его Джон Арданьян. — Она вам просто ближе, Руслана. Но можно и из других точек земного шара. Хотите?..

Руслана быстро-быстро замотала головой. На ее глазах блестели слезы.

— Руслана, — прошелестела Эллис, — вы там за Виктором присмотрите, хорошо? Он ведь у нас — деревня. Никогда в больших городах не был.

— Мама! — дернулся было Виктор, но Эллис Арданьян остановила его коротким взмахом руки.

— Это не обсуждается! Все должны вернуться домой. На Землю. Все должны когда-нибудь возвращаться. Хотя бы для того, чтобы начинать все сначала. Вот даже господин Тресилов этого хочет. Не так ли?

Виктор, Руслана, Хастон и даже Кала, словно по команде, обернулись к входу в центральный отсек, на пороге которого замер, забытый всеми, Тресилов. Был Олег Анатольевич весь какой-то съежившийся и заброшенный. Даже жалко его стало.

— А что? — затоптался он на месте, неуверенно переступая с ноги на ногу. — Давно уже пора на Землю лететь. Я «за» двумя руками.

И непроизвольно почесал затылок, в который пять дней назад Маккольном была вставлена кнопка ментоусилителя. Глаза его сверкнули ртутным отблеском. Или это свет от экранов в них отразился? А на одном из экранов в черном пространстве завис синий, с белыми разводьями, шар Земли. Далекой и чуть таинственной. Любимой и ненавистной. Родной…

2002–2003 г.г.