За Стиви Смит
вернуться

Степанова Мария Игоревна
Шрифт:

«Женщина ты злая, дурное существо…»

Женщина ты злая, дурное существо,Занозила сердце мне, привадила егоГорестной наклонностью к любому негодяйствуИ полной неспособностью к домашнему хозяйству.

«Было тогда мне семьдесят три»

Было тогда мне семьдесят три,И ночью нелуннойЯ лежал со своей новобрачной,Чахоточной и юной.Шла война, и над головойНемцы бомбили Хэмпстед, издавая тягостный вой.Одновременно с ними, притягивая внимание,Наши воздушные силы летели бомбить Германию.Гарри, они не столкнутся там?В небе так мало места!Я не стал бы на это рассчитывать,О сестра моя, о невеста.

«В море, в море я в океане…»

В море, в море я в океанеИ даю сигналы, но нет ответа,А там, далеко, видать корабли,Я сигналю, а ответа нету.Может быть, я давно зачумлен —И как не бояться меня такого?Может быть, я причинил им злоИ сам забыл, а они все помнят?Из темной ночи в тьму потемнейИ огней людских уже не видать,Но вода сама фосфоресцирует,Там что-то сияет, и вот я вижу,Глубже, чем запускаю руку,Прозрачную рыбу с прозрачным нутром,Ей пять тысяч миль до старого дна,Над которым я плыву и плыву.Потроха у нее стеклянные, глаза на стебельках,Она живая, или снулая, или все равно ей?Вот мне ткнулась в руку, путеплавающая тварь,Не из тесной глубины, но из толщи поколений,В полуобмороке, ослабшая, но ясная во тьмеДлящаяся светящаяся рыба.Мы повстречались, и на минутуЯ забываю, что я одинИ хочу скорей ее показать,Да кому я ее покажу?

«Нет мы не будем вместе я…»

Нет мы не будем вместе яТебе счастья не принесуЯ предпочла бы жить однаВ палатке в тропическом лесуЯ не то чтобы вовсе бездушная ГарриНо мне тебя милейИспарения джунглей и слоныИ очертанья чужих полей

«Мама, мама, в мусорных баках, в сухом говне…»

Мама, мама, в мусорных баках, в сухом говнеЯ чувствую чье-то присутствие, там, на днеОбраз Его ворочается, показывается мне.В мусорных баках, в объедках, в кошке с ее клубкомПеремещается Бог, он идет прямиком,Мама, широким шагом, заполняя весь их объем.Я уже заставала Бога в ручке метлы,Когда подметала, и в паутине, покрывавшей углы,Но более всего в тишине могилы.

«Дайте мне полететь…»

Дайте мне полететь,Дайте мне умереть,Дайте мне подойти к Нему.Нет не к вам, ангелы вы крылаты,Ваши серьезные лица, плотные латы,Высокопрофессиональное то и этоИ раздражающая манераДавать советы.Нет, не такое Создатель имел в виду,Когда прописывал на земле ерунду —Всякую тварь в сообразном теле —И умилялся, когда росли и толстели.Старайся, сказали ангелы, кто высоко забрался,Тот хорошо старался.Сделай усилие – и будешь как мы,Или немножко ниже чем мы,Или еще на ступеньку ниже,На долю зерна темней,Так темно, что едва ли вижу,Но ты постарайся сильней.Нет, нет, нет, ангелы.Нет, нет, Господи.Давайте без этих вот иерархий.Господи, ты погляди, что они творят.Посмейся, скажи им: ну это навряд.Расточи их гордыню,Распусти пионерский отряд.Давайте без этих вот категорий.

«Выключите свет…»

Выключите свет,Этот яркий свет,Пусть наступит тьма.Выключите День,Ночь придет сама.

«Барашек умер. Мать-Природа плачет…»

Барашек умер. Мать-Природа плачет.Он был. Я есть. Все это что-то значит.И разница глагольных формНам не дает считать, что это норм.Как не склонить сочувственную головуПри виде зверя мертвого и голого?Он был барашек, а теперь баранина,И я морально ранена.

«О жар любовный…»

О жар любовныйВ себе я слышу:И он сжигаетИ он не свышеОгня языкиЛежу и вижу:Жужжат и лижутВсе ближе к кожеВот наши душиГолы и нагиПепла белееБыстрей бумагиКрутит и вертитВ воздухе беломТело с нетеломЖар ими движетЖужжит болеет:Любовь любовьюДо донца выжжетДотла дотлеетДоест до крошкиПлоть, дух и душу —Тогда-то сядем,Обняв подушку,Вдвоем погреться, сомкнув колени,Без страха глядя на то, как тениОгня качаютсяИ не кончаются.Ох, лишь по воле Твоей, о Боже,Людям сидится смирноВ собственной коже.

«У нас ни мамы нет, ни папы нет, ни друга…»

У нас ни мамы нет, ни папы нет, ни друга.Нас очень часто принимают друг за друга.На что мы смотрим, сидя на стене?Мы ни на что особенное не

«Гарри, прощай, я недолго буду с тобой…»

Гарри, прощай, я недолго буду с тобойКогда доберемся до джунглей, ты уйдешь в эфир голубойСтарый лев на своем путиСъест тебя и переварит, тебе придется уйтиЯ так хочу стоять одна в одной из дальних странНа лесной тропе среди сплошных лиан,Но на свадебной карточке мы должны быть рядом,Улыбайся, Гарри, и я отвечу взглядом.Жажда смерти мои зажигает глаза, наставляет стопы на зло,Не думай, что тебе со мной повезло.Я просто хотела уйти из дома.Для этого люди выходят замуж.Горе! дыши, огонь, в самые очи,Яркий страх раздувай жар нагоняй жди ночи

«Возможно, я уже немолодой…»

Возможно, я уже немолодой:Стоячей от меня несет водой,В подмышках заросло, и галька пятки режетИ да, журчание мое напоминает скрежет —Но малым рыбкам позволяю я резвиться

Конец ознакомительного фрагмента.