***

Наследный принц Ренард недовольно рассматривал очередную жертву убийства на этот раз являющейся одной из его фавориток. Заколотая в бок девушка с примесью эльфийской крови сидела в его личном кабинете за столом, свесив одну руку вниз, по которой стекали струйки крови.

Наследника от подозрений спасло только то, чтo он весь день провёл в компании советников отца. Король сильно переживает смерть своей фаворитки, и часть обязанностей принцу пришлось взять на себя.

— Ну и что это? — хмуро поинтересовался наследник у охраны.

— Послание, — задумчиво пробормотал Рамин.

— Какое? Настроить против меня народ? амин, ты представляешь, что будет, если все решат, что девушек убиваю я? — поинтересовался принц.

Вопрос был риторический, ответа на него не требовалось. Народ мог стерпеть немного ненормального короля, но не наследника.

— Закройте двери, — приказал Рамин. — Нужно вcё убрать пока не пришли слуги и не растрезвонили об этом всем. Хватит нам и одного тела.

***

Вернувшийся Годдард сообщил о том, что лорд Дар Нестар согласился переехать на недельку и во дворец и снова умчался, закинув Братислава во дворец, где снова что-то случилось. За какие-то пару минут мы с Рыжиком остались одни в кабинете и в недоумении переглянулись.

— А меня не взяли, — протянула обиженно.

— Не о том ты думаешь. Тебе предстоит целую неделю общаться с наглым демоном, — напомнил фамильяр.

— Они все наглые, — буркнула.

Как быть с внезапным обручением не знала. Демон нравился и вызывал чувство защиты. У меня никогда такого не было даже в лоне семьи. Вот только люблю ли я его? Сама не знаю. Да и бесит меня то, что в столь важном вопросе меня обошли и всё решили сами. Словно у меня нет права голоса.

— Ничего разберётесь… — начал Рыжик и, замолчав, повернулся на стук в двери.

Марта ждать, когда ей ответят не стала и сразу же вошла. Кикимора прижимала к груди корзинку, от которой вкусно пахло пирожными.

— Одни? Это хорошо, — обрадовалась подруга.

— Да? — удивилась.

Марта была неравнодушна к упорно не замечавшему её Братиславу. И старалась прийти, когда напарник был в кабинете. Обычно пироги и пирожки предназначались ему, а я была поводом. Так что её радость к отсутствию предмета любви озадачила.

— Есть ваный разговор, — понизила голос до шёпота кикимора и, многозначительно подмигнув, водрузила свою ношу на стол.

Рыжик понял всё первым и левитировал из ящика стола чай, чашечки в голубой цветочек и такие же блюдца. Я же поставила для подруги стул напарника и послала импульс чайнику, чтобы вода согрелась.

Только когда душистый чай был разлит, Марта решила поделиться зачем пришла.

— Чернобородый и лафира, — лаконично сказала кикимора.

— А что с ними? — фыркнула.

Это история мне успела порядком надoесть. Троллиха считала меня виновной в их размолвке и постоянно искала способ досадить.

— Мы должны их помирить, — сообщила подруга, жестикулируя десертной вилкой.

— Мы? — неприятно удивилась.

Лезть в чужие любовные дела последнее дело. Как не старайся всегда виноватой останешься. Голубки мoжет и помирятся, а вот вмешательства не простят.

— Ты просто в отпуске была и всего не видела. Чернобородый лютует и с каждым днём всё сильнее. Видно, секретарша сильно ему в душу запала. Возможно, он бы и вернулся к ней да вот боится, что люди скажут. Нужно им помочь сделать первый шаг, иначе в управлении совсем станет невмоготу работать.

Я поморщилась от досады, одновременно признавая правоту икиморы. Благодарности от тролля не дождёшься. Но возможно, если я поучаствую в этом, Глафира оставит меня в покое.
– то хождение к гному на доклад превращается в пытку.

— Хорошо. И какой у тебя план? — решилась.

— Я думала ты придумаешь, — беспечно сообщила подруга.

Я чуть чаем не подавилась! Тоже мне нашла опытную в любовных делах. Я даже со своим женихом не могу разобраться, а тут с чужим нужно! Пришлось жалобно смотреть на фамильяра. Рыжик проживает не первую жизнь и теоретически гораздо опытней нас.

— Насколько я понимаю подождать пока у них всё самo собой образуется не вариант? — осторожно уточнил кот.

Я согласно кивнула, Марта оскорблённо фыркнула. Я одновременно вспомнила, куда ведёт дорога вымощенная благими намерениями, и удручённо вздохнула.

— Долен же быть способ? — жалобно закусила губу кикимоpа.

— Ревность, — лаконично ответил кот.

Я с трудом представляла, кто может еще польститься на троллиху. Если только найти другого тролля. Однако всё может пойти не так. Хотя я уверена, что с нашим везением всё полетит кувырком, и Глафира уйдёт к другому, а тролль сожрёт нас живьём!