– Не бойся, я возьму вину на себя. В конце концов, это я тебя сюда затащил.

Авель отрицательно покачал головой, но в темноте Каин не мог это увидеть.

– Я не хочу так, - прошептал Авель, крепче сжимая руку.
– Я хотел сюда пойти, хотел увидеть все то же, что и ты. Я не жалею, что пошел с тобой. Обещай, что ты не будешь брать вину на себя.

Каин не знал, что и ответить.

– На самом деле, я всегда понимал все твои поступки. Я даже хотел бы поступать так же, но боялся.

Авель помолчал, но ответа от старшего брата так и не было, и потому он очень тихо спросил:

– Можно я обниму тебя?

Этот вопрос был для Каина словно ударом. Он стиснул зубы и, не отвечая, обнял Авеля сам. Ему хотелось защитить брата, не так, как он думал защищать его в этом маленьком путешествии, а иначе. Избавить его от жестоких отцовских слов, от этого холода подземного убежища, от стояния на коленях и от мокрых прутьев, что могут оставлять багровые полосы на теле.

«Не становись таким, как я», - хотелось шептать Каину, но он не смог, понимая, что брат прижался к нему и тихо всхлипнул.

– Ты ведь так и не простил мне Ангела?
– спросил Авель внезапно.

Каин выдохнул. По коже прошла неприятная дрожь, совпадающая с топотом снаружи. Он не смог ответить, вспоминая.

– Мне он очень нравился, - продолжал Авель, уткнувшись носом в грудь брата.
– Ты так хорошо его сделал. Он хоть и был деревянным и маленьким, но таким красивым. У него ведь были даже глаза и губы, хотя сам он помещался на моей ладони целиком.

Каин вздохнул и чуть отстранился. Ему было сложно вспоминать эту дорогую ему прежде вещицу, сделанную как раз тогда, когда он боялся в свободное время приближаться к стене, и чтобы занять себя чем-то, вырезал из дерева украдкой.

– Я не потерял его, - шептал Авель.
– Я соврал тогда. Не смог сказать правду.

Каин попытался убрать руку, но Авель вцепился в нее изо всех сил.

– Ты просил его никому не показывать, а я показал его отцу, пока ты сгребал сено на заднем дворе.

Рука Каина вздрогнула и расслабилась, он больше не пытался отстраниться от брата и внимательно слушал.

– Ангел понравился отцу. Он изучал его, хвалил, а потом спросил, как я его сделал. Я сказал, что это ты сделал. Тогда отец и выкинул его в огонь.

В темноте стало тихо, только топот снаружи нарушал покой.

– Мне стало так обидно за тебя, что я чуть не заплакал, а когда ты искал его и злился, не смог сказать тебе, что случилось. Ты знаешь, я всегда говорил ему, что понимаю, за что тебя наказывают, но я не понимаю. Я совсем ничего не понимаю.

Каин вздохнул.

– А я нашел часть обгоревшего крыла, когда выгребал золу, и подумал, что это ты его сжег, потому и...

Он не смог найти определение своей отстраненности и холодности к брату.

– Прости меня, - вновь прошептал Авель.
– Я слишком часто поддаюсь страху, но я буду учиться бороться с ним.

Каин улыбнулся и сжал руку брата.

– Страх - это не страшно, - прошептал он, а когда понял, что сказал, рассмеялся.

И этот смех тут же подхватил Авель. В ответ снаружи зарычали, а мальчишки дружно закрыли рты руками, продолжая посмеиваться.

– Так ты простишь меня?
– спросил младший.

– Конечно, - улыбаясь, ответил старший.
– Я ведь не знал, что нужен тебе.

– Очень нужен.

Каин улыбнулся и прижал к себе брата.

– Уже темнеет, а эти явно не собираются уходить, - прошептал он тихо.
– А нам тут никак нельзя оставаться. Ночи холодные и может пойти дождь.

– И что делать?
– спросил Авель еле слышно.

– Ну, будем их обманывать...

Глава 14

Глава 14 - Легенда о первом убийце

– Ты можешь залезть на это дерево?
– спросил Авель.

– На это не могу, - тут же ответил Каин.
– У него кора осыпается. Скорее всего упаду, если попытаюсь.
– Каин вновь приподнялся.
– Посмотри, там есть дерево со сломанной веткой, видишь?

– Да, - ответил Авель, высмотрев в щелях между покачивающейся травой сломанную ветку.

– За тем деревом стоит то, по которому идет лаз. Нам надо попасть туда. На пути к нему как раз прячется яма, которая может нам помочь.

Каин посмотрел на брата, взволнованное лицо которого можно было различить в тусклом свете.

– Но ты должен бежать точно за мной и не отпускать мою руку. Ясно?

Каин говорил так уверенно и авторитетно, что напомнил Авелю отца, слушаться ему было не страшно и даже легко.