– Руки прочь от нее!
– заявил Каин, резко вставая и уверенным пинком отправляя свой стул прямиком в стену, да так, чтобы тот разлетелся на щепки.
– Раз она меня разбудила, я ее заберу себе!

Грузный мужчина, обнимавший хрупкую девочку, опешил, оглядывая внезапного бунтаря.

– Ты? Забудь! Ты ни на что не способный мальчишка! Зачем тебе женщина вообще?

Да, он всего лишь мальчик на вид. Впрочем, это только тело. Сам он много больше, шире, глубже, значимей, а значит, все эти слова не имеют никакого значения. Подойдя ближе, Каин резко вцепился в руку, сжимавшую девичью талию. При этом бледные мальчишечьи пальцы заставили большую сильную руку судорожно дернуться.

– Она моя, - шептали губы мальчика.

– Да ты...!

Мужчина почти закричал от боли не в силах продолжить мысль. Конечно, он отпустил малышку и, чувствуя себя оскорбленным, собирался ударить Каина, но тот ударил первым, беспощадно нанеся удар ногой в грудь пьяного великана. Девочка же хотела убежать, но бледные пальцы поймали ее запястье. Глядя презрительно на мужчину, упавшего на пол, Каин крепко держал девочку за руку.

– Она моя, есть еще возражения?
– спросил он уверенно.

Обиженный им мужчина, оскалившись, схватил было нож, но его товарищ что-то прошептал ему и мужчина, переменившись в лице, не шевельнулся.

«Я устал», - отчаянно хотелось прошептать той ночью, но не было того, кто мог бы это услышать, потому просто потянул малышку к выходу.

Он чувствовал дрожь девочки, как нервную вибрацию на коже, но продолжал молчать.

На самом деле это было нормальным: увести женщину в сарай, бросить на кипу сена и позволить себе все, что угодно. Однако речь шла о женщине, которая сама этого хотела, сама играла, сама манила, сама смеялась и поражалась и силе, и гневу, и власти запечатанным в теле ребенка. В этот раз все было не так.

– Проваливай, - шепнул он, отталкивая ее.

Только теперь он удостоил ее взглядом. Ей было около двенадцати, можно даже сказать, что они ровесники. Эта мысль заставила его отчаянно вздохнуть. Ее испуганный взгляд и несмелый шаг в сторону только утомляли его.

– Живо!
– рявкнул он, как дикий зверь.

Тогда она поспешила, буквально мгновенно скрывшись в темноте. Он понимал, что этому ребенку некуда идти, что она наверняка спрячется в каком-нибудь переулке и продрогнет, но это было не так страшно, как достаться пьяной компании в трактире и не так безнадежно, как достаться ему самому.

Выдох.

Сильная рука легла на его плечо. Это внезапное появление удивило его. Запаха хватало, чтобы узнать ангела.

– Ты злишься?
– спросил он сразу, глядя во тьму улицы, и не пытаясь понять, как именно его нашли.

– Я беспокоюсь, - ответил ему обладатель изумрудных глаз.

– Все хорошо, - врал Каин, не оборачиваясь.

– Как ты там говоришь обычно?

– Oportet vivere.

Каин обернулся, заглянул в печальные зеленые глаза и заставил себя улыбнуться.

– Нужно жить, Люций. Так что пошли отсюда.

Махнув рукой, он поспешил прочь по темной улице.

– Ты больше не будешь сюда ходить?
– спрашивал ангел, не скрывая тревоги.

– Я не хожу в одно и то же место дважды, в этом городе достаточно злачных мест, чтобы не повторяться, - смеялся Каин...

***

– Это не было моим постоянным состоянием, скорее это исключение, но в отличие от Люцифера, я даже не пытался жить праведной жизнью и не строил из себя святого, даже не пытался играть в эту игру. То, что ангелу, как мне казалось, было естественно, мне было сродни насилию.

Глава 26

Глава 26 - Познание мира

– Мы с Люцифером многого не понимали и не умели, - продолжал Каин, - но отдыхать у нас получалось.

***

Лавка стояла на окраине города, и с крыши можно было смотреть не на серые каменные улицы. Стоило только обернуться, и перед тобой появлялась небольшая быстрая речушка, пробегающая по лугу. За этой речкой располагался дикий сад, в основном состоящий из ветвистых слив, однако встречались и груши, и яблони, и вишни, вот только плодов на старых деревьях было немного, их всегда обрывали мальчишки. За садом была полоса зеленого луга, а за ней тянулся лес.

Куда именно смотрел Люцифер, Каин не знал, да и не задумывался. Ангел просто хмурился и смотрел вдаль, сидя у трубы. На него тоже иногда находила хандра. Каин это знал и как только заметил слишком явную печаль, загнал друга на крышу, а теперь, глядя как тот задумчиво обнимает колени, торжественно вручил ему бутерброд с сыром. Этот сыр был их совместным творчеством, созданным из продуктов, которыми расплатились с ними недавно за спасение детской жизни. Как только ангел принимал бутерброд, Каин падал рядом и начинал смотреть за мальчишками, ползающими по веткам деревьев.