– А караван, я так понимаю, поведет Шершень со своими парнями?
– спросил я.

– Верно, - ответила Мая.

– И какие расценки у господина караванщика?

– Пеший платит серебрушку. Конный - пять. За сани или телегу - десять. Выгодней всего тем, у кого есть сани или телеги.

– За отдельную плату, они могут взять пассажиров?

– Да, - кивнула Мая.
– Но только тех, кто сперва оплатил место в караване. Сейчас сани на вес золота.

– А разве нельзя пойти с караваном, не оплачивая место?
– поинтересовался я.

– Многие так и сделают, - ответила Мая.
– Будут шагать следом. Только их никто не будет защищать. На ночных стоянках, их не будут впускать в лагерь. В общем, они сами по себе.

Хм, а вот и еще один аргумент в будущем разговоре с Папашей Джино.

Мы с Ми переглянулись. Дождавшись утвердительного кивка от гремлина, я обратился к Мае:

– Как ты смотришь на то, чтобы объединить наши усилия?

Лицо женщины слегка вытянулось, и она недоуменно уставилась на меня.

– Что вы хотите сказать?

– Мы тебе предлагаем идти дальше вместе, - ответил я и, улыбнувшись, добавил: - Так сказать, возобновить прерванное совместное путешествие.

Мая громко сглотнула и на ее глазах выступили слёзы. Но спустя мгновение она взяла себя в руки и дрожащим от волнения голосом спросила:

– Что от меня требуется?

– Собственно, условия те же, что и были раньше, - серьезно ответил я.
– Пока находимся в пути, мои приказы выполнять беспрекословно. Мы заботимся о тебе, ты заботишься о нас. Чтобы не было проблем в будущем, ты дашь клятву о неразглашении. Текст потом согласуем. Как ты уже поняла, мне не хочется, чтобы все вокруг знали кто я. И последнее. Ты вольна покинуть нас в любой момент.

И прежде, чем я успел еще что-то сказать, Мая быстро произнесла:

– Я согласна!

– Отлично!
– улыбнулся я.
– Рад, что ты с нами!

– И я, - откликнулся Ми.

– Хрн!

На бледном изнеможденном лице Маи расцвела счастливая улыбка.

Следующие полчаса мы обсуждали текст клятвы. Затем Мая проговорила его, и когда Великая Система подтвердила, что все в порядке, мы начали собирать наш маленький лагерь.

Спустя два часа мы уже были у входных ворот в поселок. Обжору я отозвал, активировав амулет призыва, а Ми, дабы избежать ненужных вопросов, передвигался под «куполом невидимости».

Оказавшись внутри поселка, мы разделились. Мая двинулась в сторону рынка, с заданием прикупить нам всем теплой одежды и еды в дорогу. Когда выдавал ей деньги, предупредил - смотреть в оба, похоже, у карманников сегодня последний хлебный день.

До заката оставалось еще несколько часов, но к моему удивлению Клык уже был у ворот. Видимо, Папаша Джино, узнав о маге, погнал своего фамильяра сторожить важного гостя заранее. Похоже, дела у старика совсем плохи. Но это нам только на руку.

– Слава богам, ты пришел раньше!
– радостно рыкнул огр.
– Я уж думал, что придется мерзнуть здесь до заката.

– Ты ошибаешься, - я решил опустить его на землю.
– У меня есть еще дела в поселке. Хотел закончить их до заката.

Рожа огра озадаченно вытянулась. Тяжелые брови жалобно поползли вверх.

– Но Папаша Джино приказал…

– Приказал?
– я нахмурился.

– Мне! Приказал мне!
– скороговоркой заговорил огр.
– Приказал, ждать тебя здесь и, как только появишься, пригласить к нему на ужин! Вот!

Я, делая вид, что напряженно думаю, потер подбородок. Клык тем временем замер, не дыша. Кажется, я услышал приглушенный смешок из пустоты.

Наконец, я поднял голову и сказал:

– Хм… Так и быть. Займусь делами после ужина. Веди!

На роже Клыка расцвела довольная улыбка и он, потирая лапы, чуть ли не вприпрыжку повел меня в ту сторону, где я первый раз его увидел.

Первое, что бросалось в глаза, когда мы оказались рядом с домиком, где обитал старый ланиста, обилие бельевых веревок, на которых висели замерзшими гирляндами бинты. Судя по серо-бурому цвету, перевязочный материал использовался уже много раз.

Тут же обнаружилась и большая кибитка, переделанная под сани. Крыша состояла из нескольких дуг, обтянутых темно-серой плотной парусиной. Тут и там виднелись как старые, так и новые заплатки.

Я тут же прикинул - места на всех хватит с лихвой. Это, конечно при условии, если Джино не набрал уже пассажиров.

В сенях мы натолкнулись на две пузатых кадки, доверху заполненных болотного цвета водой, в которой были замочены еще бинты. Несмотря на неприглядный и даже отталкивающий вид, из кадок неожиданно приятно пахло травами.

В сенях огр любезно подал мне веник для очистки обуви от снега, а сам, открыв двери ведущие вглубь дома, кашлянул и громко произнес:

– Мастер Эрик пожаловал!