А еще, я мог бы еще раз попробовать стянуть на себя и отвлечь тварей. Без угрозы вмешательства Гамара и отравления, у меня было бы не так уж и мало шансов сбежать от всей этой своры. А можно не рисковать и попробовать пробраться через город скрытно. Хотя, это наверное еще сложнее. В одиночку я проделал бы это без малейших проблем, но в такой тяжеловесной и заметной компании… Невозможно. А значит вновь придется сражаться. Но к этому-то я готов. Гена говорил, что подавитель боли делает меня безрассудным, но как по мне, малая капля безрассудства в бою только на пользу. А вот для охотника все же главное это терпение и выдержка. И молодым ее порой и не хватает.

Бешенный звереныш вновь не успевает ничего сообразить и маскировка с Гамара спадает практически одновременно с головой. Несколько мгновений и непонятная, наложенная на установку репликации, голограмма тоже начинает рассеиваться, лишившись поддержки хозяина.

Подхваченная с земли моим желанием пыль со скрипом соскабливает с меча кровь, лишь после чего я возвращаю оружие в ножны. Этот бой оказался коротким и скорее похожим на казнь, но как по мне, именно так и только так нужно поступать с убийцами.

Постояв возле Репликатора еще с полминуты, я прикрыл стеклянную дверцу и наконец-то отправился искать своих соплеменников. Третья смерть подряд. Как бы Гамар не желал моей крови, теперь ему до меня не добраться. Инструктор не позволит мальчишке вновь поддаться гневу… и умереть от моей руки в четвертый раз. Теперь-то я точно знал, что на протяжении всего четвертого этапа не повстречаю этого глупого звереныша. И это знание придавало мне уверенности в себе и в том, что я осилю это задание.

— Я все преодолею!

Добрался до своих на удивление легко. Впервые мне удалось в полной мере испытать свойства костюма и они оказались даже слишком хороши. Я спокойно шел по городу и на меня ни кто не обращал внимания. И лишь когда, окончательно обнаглев, решил походить перед мордами огромных, развалившихся на дороге ящеров, меня наконец-то заметили. Да и то не сразу. А когда я отбежал метров на тридцать и замерев на месте включил еще и модуль маскировки, они сразу растерялись и поискав смелого человека по округи несколько минут, окончательно потеряли интерес и вернулись на свое нагретое место.

Именно из-за таких смелых испытаний, путь до укрытия членов отряда занял у меня не два часа, а все четыре. Да и найдя место их стоянки, я не сразу направился к ним. Прошел немного вперед, поохотился на монстров, зачем-то добрал тридцать седьмой уровень и лишь после этого заглянул в гости к соплеменникам, при этом оставаясь невидимым даже для сканера Куркумака. Правда забраться к ним в комнату без шума не удалось. Парни заделали все окна в помещении найденными где-то досками, а единственный вход завалили каким-то мусором и обломками все тех же досок. И поэтому, пока я пробирался сквозь завал, все уже успели подготовиться к встрече с неизвестным врагом.

— Не беспокойтесь, поблизости нет ничего опасного — вновь делая костюм прозрачным и отключая его маскировку, заверил я соплеменников, а затем, окинув их взглядом уточнил, доставая при этом клинок — Зачем вы его развязали? Или может он сам…? — услышав вопрос Вольпер невольно отступил на пол шага назад и на всякий случай прикрыл шею железным наручем. И кстати зря, ведь его было куда проще убить ударом во внутреннюю, не защищенную броней, сторону бедра. И вообще, я не собирался лишать Лиса жизни, просто хотел припугнуть и вновь закрыть ему рот тряпкой. В отличии от Гамара, чужая смерть меня не радовала. К тому же, мне самому пришлось бы возвращаться за ним к аппарату репликации.

— Постой! Это мы развязали ему рот — встал на моем пути Шухарш дерево, выставив перед собой руки с сухой и вечно шелушащейся кожей. Ранее отличный охотник и мастер силков, а теперь обычный воин в плотной кожаной броне с луком и коротким копьем за спиной. Я не знал какие у него модули и усиления, поэтому не стал на него напирать и решил дать ему высказаться.

— Да это… — растеряв свою внезапную смелость и на пару мгновений стушевавшись, проговорил Шухарш — Ты командиром себя назначил, а потом тварей увел и исчез. Мы-то сами и не сообразили что дальше делать. Это ты у нас всегда одиноким охотником был, а мы мужичье стайное, без вожака ни как не можем. Вот и выдернули у Вольпера кляп, попросили его побыть командиром, пока ты не вернешься и вы сами меж собой свои обиды не обсудите. Да и не должно быть у тебя к Вольперу такой лютой ненависти. Или твоя злость настолько велика, что ты за ней и своей вины не замечаешь? — а вот тут уже я опешил и не нашелся что ответить. Толи мои глаза и впрямь перестали видеть смысл происходящего, толи, пока меня небыло, кто-то успел изменить истину по своему разумению и желанию.

— У нас всех было время чтобы подумать и обсудить то что случилось с Кальконом — вступая в нашу странную беседу, гулко проговорил Жугар железный и лишь после этого снял наконец-то свой тяжеленный шлем — Ты конечно сберег одну попытку Веселого, вот только, если бы не отмалчивался и хоть как-то намекнул на возможную опасность, то может и остальных смертей и не случилось бы. Вольпер был конечно не прав когда вспылил и заставил тебя идти вперед, но и ты… Ни кто не требовал от тебя историй на несколько часов, нам хватило бы и пары слов.