МОСКВА ЛУЧШЕ ДРУГИХ МИРОВЫХ СТОЛИЦ ТЕМ, ЧТО…

Она чище. По крайней мере центр. Мы перестали замечать эти очевидные вещи, потому что для нас это становится само собой разумеющимся. А если ты приедешь в тот же Париж, то сразу обратишь внимание, что по сравнению с Москвой он более неряшливый.

МНЕ НЕ НРАВИТСЯ…

Как реставрируют старый фонд. Мне сложно понять, почему в Париже или в Риме реставрируют лучше. Возможно, в этом виноваты климатические условия: летом жара, зимой чудовищный холод, чего нет ни в Риме, ни в Париже. Мне не нравится, как выглядят наши памятники. Москва – красивый город. Почему не ставить здесь соответствующие памятники? Я вчера ехала от Бауманки, было морозно и солнечно, город был как прозрачный: и «Сити», и Кремль, и старые дома – такая красота. Хочется, чтобы сохранилось старое, и если и возникает что-то новое, то чтобы оно органично вливалось. Когда я проезжала мимо памятника Калашникову, я думала: «Неужели это правда произошло в XXI веке?» (находится на Садовом кольце, на пересечении Оружейного переулка и Долгоруковской улицы, автор – Салават Щербаков, создавший также памятник князю Владимиру). Это просто стыдно. Калашников, кстати, стоит на фоне стеклянного здания, которое зачали еще в лужковские времена и достроили только недавно, и оно мне нравится (бизнес-центр «Оружейный», в народе называемый зиккуратом).

Это то, что мне не нравится, а в остальном мы во многом выигрываем. Ресторанная культура захватывает Москву. Конечно, у нас немножко другой менталитет – все равно принято готовить дома, и есть семьи, где так и происходит. Но есть и те, кто стал ходить есть в ресторан. Не по праздникам, а просто поесть. Модные магазины, галереи, музеи, театры – у нас есть все. Снимается много фильмов – в центре я постоянно вижу съемочные площадки. Словом, я люблю свой город.

Я так гордилась им этим летом, когда иностранцы съехались в Москву на чемпионат и влюбились в этот город. Они не понимали, чего мы все время жалуемся, что у нас все плохо: то Путин плохой, то еще кто-то. А на самом деле у нас все неплохо. По крайней мере в Москве.

Я РОДИЛАСЬ…

В Москве. Когда я была совсем маленькой, мы жили на Автозаводской. Там были пятиэтажные дома, которые мне казались огромными, а рядом – Завод имени Лихачева. Очень хорошо помню, как весь дом дрожал, когда по улице шли майские демонстрации. И мы всегда смотрели из окна, как мимо шагали бесконечные колонны.

Уже через много лет я снова туда попала. Мы как-то поехали в гости к нашим друзьям-актерам. И уже уезжая от них, когда мы вышли на улицу ловить такси, я вдруг поняла, что именно здесь мы когда-то шли с мамой до магазина. И что только что я была в доме своего детства, а те огромные дома стали маленькими пятиэтажками.

СЕЙЧАС ЖИВУ…

На Сретенке. Так получилось, что все мои родные из центра. По одной линии – это Таганка. По другой – Замоскворечье, Озерковский переулок, там до сих пор стоит дом моего прадеда, откуда всех в свое время расселили на окраины. Туда мы возили младшее поколение, показывали наш дом с толстыми стенами.

Почему Сретенка? Я только в раннем детстве жила на Автозаводской, а училась уже на улице Трубной, в литературно-театральной школе, поэтому район моего отрочества-юности – это район Цветного бульвара. А мой муж Дмитрий Брусникин родом из Малого Комсомольского переулка, и поэтому когда мы думали, куда переезжать, то мы, конечно, выбрали Сретенку. Этот удивительный район между самой Сретенкой, Садовым кольцом, Цветным и Рождественским бульварами сохранился чудом. Это деревня в шумном городе. Ты выходишь на Сретенку или Садовое кольцо, а там машины, пробки. А заходишь в переулки – тишина, церковь, колокола. И я надеюсь, что с этим местом ничего не сделают и ничего в нем не изменят.

МОЙ ЛЮБИМЫЙ РАЙОН…

Ленинский проспект, район моего детства. Еще улица Крупской, где жили мои бабушка и дедушка. И, конечно, район, в котором я сейчас живу – Сретенка.

МОЙ НЕЛЮБИМЫЙ РАЙОН…

Может быть, у меня были какие-то нелюбимые периоды в Москве, но районов таких нет.

В РЕСТОРАНАХ…

Я, конечно, бываю, потому что культура сегодняшней жизни такова, что мы практически перестали встречаться дома. Все праздники и любые другие встречи проходят в кафе и ресторанах. Это очень удобно. Здесь у меня нет никаких привязанностей, я выбираю место поближе к дому или работе.

МЕСТО, В КОТОРОЕ ВСЕ ВРЕМЯ СОБИРАЮСЬ, НО НИКАК НЕ МОГУ ДОЕХАТЬ…

Родители с детства меня бесконечно возили по всем музеям, историческим местам и в Москве, и вокруг Москвы, и по стране. Но, конечно, я была не везде, и думаю, что в Москве очень много мест, которые интересно посетить.

У МОСКВИЧЕЙ В ОТЛИЧИЕ ОТ ЖИТЕЛЕЙ ДРУГИХ ГОРОДОВ…

Я не знаю, кто и где сейчас коренные москвичи, их очень мало. Поскольку я много хожу пешком, я слышу, что говорят люди. И я слышу, что это не москвичи, они не знают ни где они находятся, ни что за дома вокруг них, ни истории города. Даже на моей работе и в моем окружении их практически нет. Но в этом нет ничего ни плохого, ни хорошего. Это естественный процесс.

В МОСКВЕ ЛУЧШЕ, ЧЕМ В МИРОВЫХ СТОЛИЦАХ: НЬЮ-ЙОРКЕ, БЕРЛИНЕ, ПАРИЖЕ, ЛОНДОНЕ…

Все столицы отличаются друг от друга. От Нью-Йорка Москва отличается тем, что на улицах меньше рекламы, от Петербурга – что улицы не прямые.

В МОСКВЕ ИЗМЕНИЛОСЬ ЗА ПОСЛЕДНЕЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕ…

Многое. Я помню, как в 1990-е в центре Москвы было ощущение революции 1917 года. Было страшно зайти в переулки. Центр разрушался. Потом был период восстановлений, строительств, кипучей жизни. Сейчас мне нравится, что я могу много ходить пешком. Как пешеходу мне очень нравится, что появилось большое количество широких тротуаров, но с точки зрения автомобилиста мне это не нравится. Я понимаю, что должен быть порядок с парковками, что то, что делают, правильно, но, с другой стороны, я же и жертва этого процесса. Однажды мне пришло 80 штрафов за парковку, несмотря на то что у меня было резидентское разрешение. И оказалось очень сложно восстановить справедливость и доказать свою невиновность.