Подготовка и «вооружение» заняли минут пятнадцать. Открыв сундук, я одолжила кое-какие защитные амулеты своей напарнице, унизала руки кольцами и браслетами, на всякий случай прихватила пару перчаток. И достала две склянки — одну со своей кровью, вторую — пустую.

— Зинаида Петровна, вы вида крови не боитесь? Тогда сдавайте. Понадобится для дела, — и таинственно улыбнулась. — Сегодня такая ночь, что всё можно. Всё разрешено. А теперь зовите внука. Объяснения потом.

Я ощущала себя двояко — и переполненной новыми эмоциями и бодростью, и страшно опустошенной. И то за спиной крылья распахивались, и казалось, вот-вот взлечу, то усталость ложилась на плечи, прижимая к земле. И эти противоречия сменяли друг друга так быстро и внезапно, что я не знала, чего от себя ждать. И на всякий случай не ждала ничего. Просто действовала по плановым обстоятельствам.

Над капищем, вспарывая бархат ночи, плыли разноцветные волны силы. Оставив бабу Зину восхищённо цокать языком и поминать попеременно то святое, то нечистое, я в одиночестве спустилась в гробницы и вернула на место последнего защитника. Подумала и добавила ловушек. Мало ли… Вернулась обратно, на поверхность, и с удовлетворением обнаружила, что круг замкнулся. И город наконец защищен от выплеска по всем правилам стародавних.

Разноцветные волны силы сплелись над статуями в узлы, протянулись многочисленными тропами от одной гробницы к другой, образуя мерцающий круг. И ночь стала гуще, чернее, плотнее. Прежде полосы «разрезали» всю долину, а сейчас приглушенное сияние озаряло только входы в гробницы. И за пределами этого «круга» — лишь беззвездный и непроглядный концентрат ночи. И далекие белые глаза «рыси».

Заморосил мелкий дождь. Я подняла глаза к небу и отчего-то улыбнулась. Теплый свежий ветер, запах вереска, прохладная морось на лице… В капище возвращалась жизнь. И близилась полночь. Я прикинула время и вспомнила наставницу. Три минуты до, Элла…

— Маруся? Я волнуюсь, — неожиданно призналась баба Зина.

Она стояла рядом со мной, сунув руки в карманы расстегнутой ветровки, невысокая, худощавая. Обманчиво беззащитная. Я сняла куртку, оставшись в майке, разулась и закатала джины до колен. Для того, что я задумала, нужен контакт с землей и свобода локтям.

— Как думаешь, сколько их придет? За знаниями?

— Да хоть трое, хоть десятеро, хоть… тьма, — я достала из кармана джинсов перочинный нож. — Нас рать, — и мрачно ухмыльнулась.

Всегда хотела использовать это заклятье…

— Что? — не поняла баба Зина.

— Не что, а куда, — я топнула ногой. — Вы же потомственная? Какое поколение?

— Десятое, — она прищурилась подозрительно. — Что ты задумала?

— Живой подмоге здесь находиться опасно, а вот мертвой — в самый раз, — пояснила я. — Мы позовем тех, кто был до нас с вами. Всех, от матерей и бабушек до прапрапра. Глотнув силы выплеска, они ненадолго обретут телесный облик и былую физическую мощь. Не переживайте, Зинаида Петровна, мы справимся. И сегодня ночью я вам всё разрешаю, — добавила веско. — А пока постойте смирно.

Я заключила ведьму в круг, провела от него десять линий и пририсовала к каждой по кругу. Выжженная Тифоном земля поддавалась прекрасно, линии выходили четкими и ровными.

— Еще сильные ведьмы в роду есть? Из умерших? Сколько?

И снова линии и круги. Закончив, я достала склянку с кровью огненной ведьмы.

— По-моему, это запрещенное колдовство, — ее голос был напряженным, а глаза сверкали азартом.

— Сегодня нам всё простят.

Каплю крови на «уголь» бабы Зины, по капле — в каждый кружок, остатки — на линии-«тропинки».

— Стойте смирно, — попросила я, оглядываясь.

Где бес-то прячется? Сфинкса ему должно было хватить для создания нового тела и подпитки силы, но я его не ощущаю. «Рыси» не пропустили? Эти могут… Но да ладно, «сонное царство» на него еще долго действовать будет, в любом облике и при любом уровне силы обратно верну. Потом. Когда ночь закончится. Если сам не явится.

И я занялась своим кругом — «мертвым кругом», как называли это заклятье стародавние. Баба Зина внимательно наблюдала за каждым моим движением, шевелила губами, считая, и, когда я, закончив, встала в центр, прозорливо заметила:

— Пятнадцать основных кругов? Разве ты настолько… потомственная?

— Этой ночью случится много странностей, на которые вам не стоит обращать внимание, — ответила я мягко. Помедлила и добавила: — на которые вам опасно обращать внимание. Сколько времени?

— Три минуты до полуночи, — огненная ведьма посмотрела на часы.

Чудесная цифра и прекрасное время… Я посчитала до ста, вздохнула, собираясь, и вызвала Пламя.

— Повторяйте за мной. Слово в слово.

Я медленно заговорила. Никаких заклинаний — тихая, скромная просьба. Объяснение — потомки в беде. И снова просьба: защитите и сохраните, руку протяните да стеной встаньте. Ночь беззвездная, время горькое, тайны важные — тайны страшные сберечь надобно…