Выполняя скольжение — самого низкого ранга, просто очень быстрое движение без искажения времени и пространства, я пробежал несколько шагов и прыгнул обеими ногами вперед. В краткий миг полета подумал о том, что если длины цепи не хватит, Зоряна останется без руки.

Корпората вынесло из окна в ореоле крошки толстых стекол. Хорошо, что не все пули в него попали — не будь стеклопакет разбит, не факт, что охранник вылетел бы. А тягаться с ним один на один, без оружия и в ограниченном пространстве — плохая затея.

Резко развернувшись увидел, что Клаудия встает. Всек я ей хорошо, пяткой точно в нос — она ведь еще затылком в стену ударилась, отлетев от удара. Тоже импланты, также высокий уровень выживаемости.

Брошенный пистолет ударил ей прямо в висок, ломая кость — дернувшись, истеричная мразь снова откинулась от удара, спиной опять влетев в стену. Патронов больше не было, но тяжелый пистолет около килограмма весит — настоящая убойная сила.

— Автомат! — закричал я.

Зоряна — душка, поняла еще даже до того, как я рот открыл. Поймав брошенный ею АК, подобранный с отправленного в нокаут охранника, я высунулся в окно. Короткая очередь, и шевелящийся, распластанный звездой на брусчатке тротуара корпорат дернулся, затихнув. Пули пробили доспех как бумагу — автоматическая винтовка АК-68 выбор настоящих штурмовиков, и легкая корпоративная броня для нее не преграда.

Поодаль, метрах в полутораста, краем глаза уловил розовый росчерк. Две фигуры, что есть силы бегут к забору школьного парка, удаляясь по диагонали. Плавно подвел целик мушки в район ног первого, выбрал упреждение, потянул спуск. Непривычно легкий — реагирует моментально. Отдача ударила в плечо, бегущий упал как подломленный и прокатился несколько метров. Вновь прицелился, и еще одна короткая очередь — в лежащего, чтобы наверняка. Вдруг он просто от неожиданности упал? От попаданий тело дернулось, чуть прокатившись. Точно не встанет.

Девушка-японка во время моей стрельбы споткнулась, но на ногах удержалась. Пробежав по инерции еще несколько шагов, она заполошно осмотрелась. Розовой паре оставалось пересечь небольшую площадку уже за стадионом — до безопасности парка им не хватило десятка метров. Метаться японка не стала, паниковать тоже. Выпрямившись, она обернулась в мою сторону, на звук выстрелов.

Флажок предохранителя на одиночную стрельбу, вдох, плавное нажатие на спуск, толчок в плечо, грохот выстрела.

«Что я чувствую, когда стреляю по людям? Отдачу» — по случаю подсказал мне внутренний голос.

Белая блузка расцвела красной кляксой, отброшенная японка упала навзничь. Выдох. Ну что, погнали наши городских — матч начался.

Осмотрев улицу, я отбежал от окна и подхватил лежащий рядом с Клаудией пистолет. Несмотря на пробитый рукоятью череп, она уже приходила в себя — зашевелившись, попыталась что-то сказать.

Рывком задрал ей тугое платье — почти до пояса, и выдернул из ножен на бедре клинок, сунув его в карман своего пиджака. Лежащая в этот момент дернулась, пытаясь свести вместе ноги, прикрываясь.

— Тихо, тихо, — только и шепнул я, похлопав Клаудию стволом пистолета по окровавленной щеке. После коротко глянул, как Зоряна пытается добраться до содержимого подсумков отправленного в нокдаун первого корпората. Безуспешно пытается, что неудивительно.

Всего две мелочи, сделавшие возможным мое продемонстрированное только что выступление.

Первое — неактивный режим полной готовности легкого доспеха. Хорошо, что в корпорациях есть эффективные менеджеры. Именно благодаря им пятнадцать безоружных юных гладиаторов с пристегнутыми к ним цепями эскортницами не повод активировать ресурсоемкий режим полной готовности доспеха. Отчеты, отчеты, объяснительные и лишение премий за перерасход — люблю их, в лысину бы поцеловал. В любой организации, где есть эффективный менеджер, есть возможность эту организацию эффективно нагнуть; именно из-за идеологии оптимизации и торжества эффективной экономии дополнительные воротниковые броневые пластины спрятаны в горжете, а шлем не в глухом режиме, так что я смог попасть корпорату кулаком в скулу.

Второе — его расстегнутая кобура. Не стоит недооценивать предсказуемость тупизны — и слишком самоуверенная Клаудия, когда добила брюнета из черной пары, просто не застегнула кобуру как положено, убирая обратно взятый у охранника пистолет. И я смог достать оружие, чего никак не смог бы сделать при закрытой кобуре — доступа не было, она бы просто не открылась.

Поднявшись и закинув автомат за спину, я двумя быстрыми и резкими ударами — сверху вниз, подошвой, сломал Клаудии лодыжки. На всякий случай, чтобы не вздумала за нами гонятся.

— Олег!

Обернулся, поймал брошенный предмет. Сытый металлический звук — моментально поменял магазин на полный. Кобура открыта, так что Зоря только запасной магазин к пистолету смогла достать — подсумки же недоступны.

Коротко глянул на флажок предохранителя — по значкам интуитивно понятно. Сверху три белых точки, снизу одна, в центре красная. И переведя флажок в самый низ, на одиночный огонь, только собирался кинуть пистолет Зоряне, как замер.

— Что? — обернулся я к хрипло заговорившей Клаудии. Две сломанных ноги ее взбодрили, поэтому она осматривалась уже вполне адекватным взором.