– Пшел! – процедила ведьма. – С тобой, дружочек, я еще разберусь. Потом. Живо спать! Спать!..

И хуш с визгом исчез. А вокруг нас замаячили тени призраков. Пока неявные, размытые, слабо светящиеся серебром. А я вдруг поняла, что просидела в подвале непозволительно долго. Уже за полночь. И мрачно поджала губы. Ведь знала, что призраки появятся, да еще и ведьму спасти хотела... Да, везет мне сегодня... почти как утопленнику.

– За мной, – коротко велела Ираида, впитывая заклятье и доставая из карманов куртки пригоршни искрящихся монет. – Не отставай.

И пошла вдоль парапета. И я, оглядевшись, обнаружила, что нахожусь на набережной. Посмотрела здания театра и загса и содрогнулась. Ноги моей больше не будет в этих проклятых подвалах... Не та – совсем не та я, – чтобы с нечистью воевать...

Над рекой расплывалась льдисто-сияющая хмарь, полная шевелящихся теней, распускала туманные плети, переползала через парапет, опутывала мост, утекала в город, пряча задания. Ираида ходила вдоль парапета и, скороговоркой шепча наговоры, кидала монеты. Рыжие искры тонули в тумане, и он замирал, успокаивался, опускался на речной лед. Но мое указующее кольцо по-прежнему полыхало багровым. Нежити здесь еще навалом. И где-то под снегом точно так же полыхает второе, зарытое кольцо, с опозданием сигнализируя об опасности. Да, и...

Украдкой я ощупала "лисьи" привязки, и выдохнула. Крестники спали. Их сила в браслетах ощущалась мерным, спокойным биением сердца. Слава богу, хоть эти не начудили... Я снова посмотрела на Ираиду и почувствовала себя... отвратительно. Отвратительно грязной, уставшей и выжитой, как лимон. Очень хотелось домой. Помыться, поесть и свалиться спать под присмотром Руны. Но...

– Пошли, – ведьма закончила работу. – Нам с тобой давно нужно было встретиться и поговорить. Да не складывалось. Идем, Злат. Чаю выпьем и потрещим о местных чудесах.

Я напряглась. Ираида усмехнулась и крепко взяла меня под руку:

– Поняла, кто я?

Я кивнула. Да, встряла – не то слово... Наблюдательская ведьма – тот же наблюдатель. Блюститель законов. А я отбываю наказание не там, где положено, колдую, хотя нельзя – да, сдохни, но силу не трогай, и вообще...

– Расслабься, – ведьма улыбнулась. – Мы все здесь не по своей воле. И не все участники банкета еще прибыли. И с одной стороны, и с другой.

Я недоуменно посмотрела на свою спутницу. Смуглая кожа, проницательные светлые глаза, нос уточкой, короткая черная челка из-под шапки, крупная родинка в уголке губ. На вид – не старше меня, но я понимала – старше. Опытнее, умнее и, разумеется, сильнее. И не наказанная ни разу. Замаскированная – да, для отвода глаз. Но при своей силе и мощном «угле». А то и с Пламенем.

Ираида целеустремлённо потащила меня в свою берлогу под крышей, а я не сопротивлялась. «Мы все здесь не по своей воле», значит...

– А...

– Дома, – перебила ведьма.

Лады... И я молча шла рядом, невольно перебирая в памяти недавние происшествия. Вспомнила, содрогнулась, перекрестилась – повезло, откровенно повезло, и диагностировала у себя шок. От пользования неположенным. От встреч с неизвестным. И от безумной гонки по подвалам, где всё было так... на тоненького. Забытое ощущение. Страшное. От него, как от рева хуша, опять скручивало внутренности спазмами страха, и в голове оставалась только одна мысль – бежать. Из этого проклятого города. От этой дурно пахнущей темной истории. Пока они окончательно не подвели меня под монастырь.

Но, часто говаривала Верховная, назвался груздем – полезай в кузов, даже если знаешь, что тебя оттуда вскоре вынут и сожрут. Предварительно почистив, нашинковав и замариновав.

Влезла ли я «в кузов» так, что уже не удрать?..

Я взвесила все «за» и «против» и решила, что это прояснит разговор с Ираидой. Но сейчас очень хотелось забрать крестников и свалить. Немедленно. Вернуться в номер, найти телефонные номера и соблазнить таксистов всеми своими командировочными, лишь бы... А информации для Верховной теперь я собрала достаточно. Для размышлений и выводов – точно. Хватит.

По дороге нам не встретилось ни одного призрака. Моя спутница по-прежнему разбрасывалась зачарованными монетками, но больше для профилактики. Людей, разумеется, тоже не было. Ни души, ни тела. Только туман вяло расползался по улицам, как спурт распускал свои щупальца. И замерший город тонул в вязкой хмари. Расплывчатые пятна фонарей, промозгло-сырой стоячий воздух и ни одного зажженного окна. Вот он, город, которого нет...

В подъезд мы зашли молча, и молча же поднялись на последний этаж. Ираида небрежно толкнула открытую дверь и посторонилась, пропуская меня вперед. В крохотной прихожей, презирая местные законы, горел яркий свет, и я невольно зажмурилась. После темноты подвалов, улиц и подъезда свет – как ножом по глазам.

– Располагайся, – ведьма разулась и сняла куртку. – Ванная – там, туалет – тут, кухня – здесь. Приведи себя в порядок. Хочешь в душ – иди, полотенца в шкафу, халат на крючке. Тряпки или стирай, или на полках есть зелья для чистки. Разберешься.

Я помедлила, и она грубовато добавила:

– Шевелись, ты же ведьма. Подумаешь, пару лет не воевала. Зато какой у тебя послужной список, а? Больше десяти лет бесперебойной работы в Кругу! И куда ж это подевалось? Не испарилось же? Очухивайся, а то распустила сопли!