Фил сначала оробел, а затем громко расхохотался. Остатки сомнений улетучились из его головы.

— Ты гораздо лучше Калки, — что и говорить, Фил не очень-то умел делать комплименты.

Зато мог показать класс кое в чем другом. Он приподнял мои бедра и медленно ввел в меня свой член, настойчиво заполняя узкое пространство моего лона. Руки мужа принялись ласкать мои мучительно ноющие груди, а затем скользнули вниз, по бокам, к бедрам и ягодицам.

— Ты восхитительна, — прошептал Фил.

И принялся двигаться вперед-назад в медленном, чувственном темпе. Он наслаждался мной, а я им. Наши стоны наслаждения слились воедино, став изысканным аккомпанементом нашему первобытному танцу любви.

Еще никогда мы не были так нежны по отношению друг к другу. Всего за несколько недель супружества мы хорошо изучили привычки партнера и знали, кому и что больше нравится. И все же с каждым разом умудрялись открыть для себя что-то новое.

Я раскачивалась на муже, как парусная лодка на волнах, почти ощущая на губах соленый привкус моря. И только потом поняла, что глотаю собственные слезы. Вот уж не ожидала, что так упоительно реветь от счастья.

Фил целовал мои полуприкрытые веки и шептал слова утешения и ласки. Каждое его движение, каждое слово находило отклик в моем теле. Я сжимала внутренние мышцы, доводя нас обоих до полного изнеможения. И вскоре мы с мужем одновременно достигли наивысшего блаженства.

— Спи, любимая, — прошептал Фил, поглаживая мою спину.

Он поддел одеяло и накрыл им нас обоих. Мы так и уснули, не сумев разомкнуть объятий. И только ближе к утру пробудились. Но только для того, чтобы продолжить то, на чем остановились вечером.

Занятые делом, мы не сразу расслышали тихий, но настойчивый стук в дверь. Оказалось — все жители Капулы в сборе и готовы оправиться осматривать новый мир. Не хватало только нас, виновников торжества.

Смущаясь для приличия, мы с мужем наскоро умяли предложенный Онимом завтрак и отправились седлать «коней». Фил — Унитазика, а я — Калки. Куда же без нее, родимой.

До границ Капулы варвары шли чуть ли не с песнями. Вернее, с молитвами, перемежавшимися ругательствами в адрес обманщиков-жрецов. На меня, восседавшую на Калки, они смотрели как на мать-героиню.

Но возле солнечной рощи людей вновь охватил суеверный страх. Пришлось срочно брать быков за рога, точнее варваров за котеки.

— Не бойтесь, люди добрые, — объявила я, высовываясь из кабины. — Кули боятся Калки, слышите, как она скрипит?

Нажатие рычага — и «богиня» послушно примяла подсолнухи, проложив усыпанную желтыми лепестками тропинку до проделанной в куполе дыры. Варварам ничего другого не оставалось, как пройтись по этой «ковровой дорожке» и вслед за Калки преодолеть преграду, много веков скрывавшую за собой утраченный мир.

Аланта встретила варваров, как настоящая любящая мать — теплом и лаской. Согрела лучами солнца, напоила чистой водой из водопада, поднесла на зеленом блюде из листвы пригоршни спелых ягод.

Пока люди радовались открытию и восхищались щедрой природой, из лесного массива боязливо выглянули удивленные звери. Охотники тут же взялись за копья и ринулись за добычей. Но Оним остановил их:

— Сначала доберемся до храма, а уже после займемся насущным.

После всего случившегося варвары не особенно доверяли жрецам, а потому покосились на Калки.

— Оним прав, — ответила я за «богиню», — убедимся, что мир полностью очистился, а после устроим настоящую пирушку. От себя могу пообещать неистовые танцы в честь возрожденной Аланты. С бубном и песнями.

Мое заявление заставило варваров захлопать в ладоши, свергнутых жрецов — недовольно поморщиться, а Фила — насупиться.

— Не ревнуй, — заявила я мужу. — Скромной быть не клянусь, но и развратничать не стану. Если ты, конечно, пообещаешь станцевать со мной в паре.

Фил недовольно рыкнул, но согласился. Вот с него и начну приобщать мужской пол к прекрасному. А то, понимаешь, несправедливо выходит: женщины танцуют, а мужчины нет. Пора исправлять ситуацию.

Отдохнув и перекусив, мы вновь отправились в путь. Процессия с Калки во главе много часов блуждала по незнакомой и интригующей местности. Варвары не переставали удивляться непривычному для них миру и, пожалуй, немного побаивались. Совсем как я, когда впервые попала в Капулу.

Чем дальше мы отходили от купола, тем чаще на нашем пути стали попадаться остовы древних строений, нерабочие механизмы, полуразрушенные мосты и насыпи. Все говорило о том, что некогда Аланта была высокоразвитой и цивилизованной.