— Брысь! — распорядился Влас. Он оставался абсолютно невозмутимым. Видимо, знал все повадки кикимор. Она отпрыгнула и продолжила извиваться, но уже не подходя близко. Ее острый носик при этом смешно шевелился, словно жил своей жизнью. — Пока от тебя никакой пользы!

Кикимора несколько раз поклонилась, потом махнула рукой, приглашая следовать за собой, и нелепо поскакала к своему дому.

Мы двинулись следом. Она исчезла в темном проеме. Мы шагнули за порог и тут все изменилось. Со всех сторон раздался издевательский хохот, а наша проводница вдруг перестала сутулиться. Она выпрямилась и обернулась к нам, сияя клыкастой улыбкой. Куда-то исчезла неловкая угловатость, движения стали плавными.

— Проходите, гости дорогие, — она облизнула неестественно алые губы и присела в изящном реверансе. Затем провела рукой по волосам, и они легли на плечи гладким сияющим плащом. Лицо, правда, красивее не стало, но все равно преображение было поразительным.

— Спасибо подруге моей, Огнеславе. Предупредила она меня, что леший здесь. Дала возможность подготовиться и организовать достойную встречу.

— Вот гадина рыжая! — не сдержалась я.

Влас промолчал. Но взгляд, устремленный на кикимору, стал очень нехорошим.

— Ну-ка, попробуй что-нибудь сделать! — легко предложила ему та. — Не можешь? Ну конечно! Ведь я наладила прочные связи с этим домом. Теперь он принадлежит мне, а вы находитесь на моей территории!

— Откуда такая уверенность в собственной неуязвимости? — мягко и угрожающе поинтересовался Влас.

— А ее нет! Просто мне надоело бояться. Ты, конечно, силен. Твои владения огромны! А все, что доступно нам — это лебезить и подчиняться. Но не сейчас! Не здесь! Пусть это всего лишь жалкий клочок земли, но я на нем полноправная хозяйка! И ты ничего не сможешь сделать, ведь меня добровольно пригласил человек. Он разрешил мне владеть этим домом, и его разрешение снесло все барьеры. Я — сильнейшая из сестер! Я пришла сюда первой и долго, кропотливо связывала себя с этим крошечным пространством до тех пор, пока не обрела здесь почти абсолютную власть. Поэтому, когда я узнала, что ты в деревне, я не испугалась. Ведь все, что мне оставалось сделать — это заманить тебя сюда и заставить переступить порог. Капкан захлопнулся!

Она торжествующе расхохоталась, воздев вверх когтистые руки. Ей вторил визгливый смех остальных кикимор.

— Слишком короткий срок, — задумчиво обронил Влас. Его лицо стало отстраненным. Наверное, искал выход из положения.

— Для других, но не для меня! — рисуясь, погрозила пальцем она и, виляя бедрами, подошла к лешему. Однако не вплотную. Видимо, не опасаться его на каком-то глубинном уровне она не могла. Меня же она начисто игнорировала, не считая за угрозу. И правильно. Что я могу? — Не для меня, слышишь? Я — сильная! Я на голову выше других! Я могу то, что недоступно моим сестрам! И за это они превозносят меня.

Я почувствовала, что она искренне наслаждается собственной неповторимостью. Так, словно только недавно в полной мере осознала свою силу. Интересно…

— Ты что, особенная? — как можно более пренебрежительно заметила я. Она резко повернулась ко мне и прошипела, глядя в упор:

— Еще какая!

По правде говоря, я струхнула не на шутку. Ее глаза с вертикальными зрачками выглядели очень жутко. Однако надо продолжать игру.

— Кому-то власть вскружила голову! — громко шепнула я, повернувшись к Власу. Она зарычала. Я испугалась — уж не переборщила ли? Но нет. Кикимора не стала бросаться. Секунду она балансировала на грани, а потом взяла себя в руки и сладко улыбнулась клыкастым ртом. Кажется, дело в шляпе. Сейчас будет речь! Главное, не сбить лишним звуком или словом эту фигуристую страшилку с нужной волны. Поэтому, молчим и выдерживаем паузу…

— Что бы ты понимала, недочеловечка. Я выбралась из грязи! Меня гнобили, щипали, вытирали об меня ноги… я считала себя испорченной, недостойной! Все из-за этого кузнеца. Он воспользовался мной, как человеческой девкой! Исторг в меня свое семя! Опозорил! Но и дал власть, только тогда я этого не поняла… не поняла!

Она продолжала сыпать восклицаниями, а я стояла, как громом пораженная. До меня дошло!

— Так ты — мать Натальи!!!

— Что?! — вскинулась кикимора. Может, не знает имя дочери? Вдруг та его взяла недавно, когда стала выдавать себя за человека?

— Я говорю — это твоя дочь живет в нашей деревне? Наполовину человек, наполовину нечисть…

Некоторое время страшилка стояла молча, выпучив глаза. Кажется, ее трясло. Наконец, эмоции прорвались наружу.

— ГДЕ ОНА?! Где моя девочка?!

Кикимора метнулась ко мне, но Влас оказался быстрее. Я и опомниться не успела, как очутилась за его широкой спиной.

— Бесполезно, — прошипела носатая любовница кузнеца, немного успокоившись. — Все равно вам не жить… но пока можешь не загораживать ее, я только хочу кое-что узнать!

Ну, ясно. Я сумела ее заинтересовать, ведь теперь я — не просто бесполезное приложение к лешему, а хранилище очень-очень ценной для нее информации. Поэтому я вышагнула из-за спины и тут же ощутила сильную руку Власа на талии. Сдвинуть ее хотя бы на миллиметр не представлялось возможным, но я и не пыталась. Ведь сейчас он защищал меня и, признаться честно, его близость придавала мне уверенности. Интересно, у него есть план?

— Я надеялась, что дочь придет сюда, когда до нее дойдет весть о нашем появлении, — пробормотала тем временем кикимора.