Ученик ювелира появился вчера после обеда. Снял с пальца мерку, уточнил детали, проявив смекалку и профессиональный интерес. Наташе понравилось, как он подошёл к решению непростой задачи, на лету схватывая пожелания клиента и, главное, зная, как воплотить замысел в потрясающее изделие.

— Эмиль, вижу, ты уже постиг все нюансы ювелирного искусства. — Синяк на худом лице юноши потемнел и стал ярче. Большие карие глаза возбуждённо блестели. — У тебя есть самостоятельные работы?

— Да, госпожа. — Не совсем понимал мудрёную речь пфальцграфини.

— Это кольцо, — кивнула на рисунок, — ты будешь изготавливать?

— Да, госпожа.

— Сколько тебе осталось обучаться у хозяина? — Подвинула к нему кубок с морсом и блюдо с рыбным пирогом. — Ешь.

— Два года, госпожа.

— А потом?

— Буду отрабатывать долг за обучение.

— То есть, будешь бесплатно работать на хозяина?

Он кивнул, откусывая большой кусок пирога.

— А если я выкуплю твой долг у герра Либенхофена, сможешь самостоятельно работать на меня?

Он перестал жевать, уставившись на госпожу:

— Смогу… Только хозяин не продаст закладную, — проталкивал слова через набитый едой рот. — Кто тогда будет работать?

— Посмотрим, — улыбнулась Наташа. В этом мире всё имеет свою цену. Так было и будет всегда.

В который раз подошла к платью, любуясь искусной вышивкой. Волновалась. Хотелось выглядеть на все сто. Хотелось посмотреть на Герарда, когда он увидит её в этом наряде. В чуть размытом серебряном полотне зерцала бледное лицо в ореоле медных волос казалось кукольным. Приподняла тяжёлые волосы, укладывая замысловатой «ракушкой», закрепляя недавно вошедшей в моду сеткой для волос из нашитой на тонкую тесьму золотой канители, удерживая конструкцию обручем с самоцветами. Усомнилась, так ли необходимы ювелирные украшения с изумрудами? Не перебор ли? С ними воздушный образ девы из зазеркалья утяжелялся, приземлялся, хоть и выглядел статусно. Казалось, что тонкой цепочки с нательным крестиком, прячущимся в вырезе платья, вполне хватало для выбранного персонального имиджа.

В дверь бойко постучали и, не дождавшись ответа, она распахнулась. Улыбающаяся Хельга ввела зарёванного всхлипывающего Гензеля, прижимающего к груди… Наташа присмотрелась…

— Куно?!

Кот, крепко зажатый в объятиях пастушка, испуганно таращился на людей.

— Да! — кивала графиня. — Наш бродяга вернулся и так раскричался под дверью… Слуга только что принёс.

— Почему плачем? — присела пфальцграфиня перед мальчиком, сама готовая разрыдаться.

— Да вот, полхвоста нет и ухо порвано. — Хильдегард трепала между пальцами огрызок зажившего уха. — Фиона осмотрела его. Была глубокая рана на груди, затянулась новой кожей, обросла шерстью.

— Так ведь зажило, Гензель, — прижала всхлипывающего мальчишку к себе. — Не плачь, мой мальчик. Видишь, он вернулся к тебе!

— Да, я знал, — глубоко вдохнув, шумно выдохнул он, будто скидывая с себя неподъёмный груз ожидания, во все глаза глядя на хозяйку.

— Красавица, — довольно улыбалась Хильдегард. — Граф фон Бригахбург будет вынужден присматривать за тобой.

Только где он, этот граф? Наташа с беспокойством посматривала в открытое окно на знаменитое баварское голубое небо, подавляя отрывистые вздохи. Минёт обед и день быстро покатится к вечеру.

Фиона, застыв в дверном проёме, не спускала глаз с госпожи:

— Хозяйка, к вам гость.

Заметив хитрый прищур Рыбки, обрадовалась. Герард! Наконец-то!

Из-за спины ведуньи вышел…

— Герр Штольц?! — Бросилась к нему на шею, слыша, как вскрикнул Гензель.

Взмахнув руками, он рванулся за подпрыгнувшим и возмущённо мяукнувшим котом, шмякнувшимся на пол и выскочившим в коридор, откуда донеслось:

— Куно, куда ты!

— Шумно у вас, — улыбался управляющий поместьем «Rossen», целуя руки, обнимая свою хозяйку, поглаживая её по спине.

— Как я рада видеть вас, дорогой герр Штольц.

— Моя маленькая госпожа, дайте на вас посмотреть, — отстранил, всматриваясь слезящимися глазами в её лицо. — До чего ж хороши…

— Сюда… Проходите… — Тащила его за стол, усаживая. — Фиона, пусть принесут вина и поесть. — Улыбалась сквозь слёзы.

Господи, сколько всего хорошего случилось за полдня! Вернулся кот и Гензель счастлив, приехал герр Штольц с новостями из поместья, и появилась возможность передать деньги для уплаты части долга, она идёт на праздник, можно считать с Герардом.

— Рассказывайте… Всё рассказывайте…

И он рассказывал, неспешно потягивая вино и крякая от удовольствия, заедая мясным ассорти и пельменями со сметаной, нахваливая трапезу и хозяюшку, сидящую перед ним.

Наташа, подперев голову рукой, слушала, улыбаясь, когда он передавал поклоны от рябой Лисбет и неуклюжей Маргарет.

— Вы вовремя приехали, герр Штольц. Передам вам золото для уплаты части долга. Я и не знала, что у отца были должники. Вот, вернули через много лет. Да так кстати, — радовалась она. — Наконец-то нас перестанут донимать самые настырные кредиторы.